Всё прекрасное началось потом

__«В Афинах всё вертится вокруг истины: каждый верит, но никто не помнит». Солнечный свет разливался золотом среди деревьев, на столе – миска с лимонами и апельсинами, в руке – чашка с ромашковым чаем, глубину вкуса которого подчёркивала ложка насыщенного цветочного мёда... Француженка, англичанин и американец, столь разные и столь запутавшиеся, оказались в одном городе, городе, который принимал в свои горячие объятия тех, кто собрался жить в изгнании со своими грёзами. Каждый бежал от чего-то своего, каждый забывался в чём-то своём. Ребекка – это мать, небеса и живопись, Генри – брат, отчуждённость и археология, Джордж – родители, музыка и языки. Спасаясь от уз прошлого, что сдавливали горло так сильно, что порой было нечем дышать, они встретили в греческой столице друг друга – и обрели радость, и нашли погибель. Пока город оплетал их паутиной вечерних сумерек, они разговаривали, разговаривали обо всём и в то же время ни о чём. И, конечно, они влюблялись, они дружили. «Может, счастье и правда в том, чтобы встретить подходящих людей в подходящее время». Они бродили по оживлённым рынкам и купались в тёплом море, они пили ароматный кофе и терпкое вино, они изнывали от жара беспощадного солнца и блаженствовали от ливневой прохлады – и они были счастливы. Право, они нашли друг друга в нужный момент, думая, что вот так будет всегда. Это, конечно, не так. Что-то началось – и что-то закончилось, оборвалось, рухнуло. Рухнуло... «Запомни этот миг».

«Помнил ли он, когда всё разом изменилось, будто кругом вдруг всё стемнело? Утро – а потом долгий мрачный день». В комнате громко тикали часы, будто силясь ответить на важный вопрос, по небу разметалась несметная стая птиц, ночь спускалась с мириадами звёзд... Да, я помню тот миг. Каждый помнит. «Ты упал, не упав». Последняя минута девы с огненными кудрями была объята не надеждой, а нахлынувшим на неё дождём воспоминаний; кажется, она не чувствовала ни боли, ни страха, она лишь вспоминала, думая, что она ещё жива, хотя это было не так. Будет вспоминать и тот, кто остался. Как смириться с тем, что та, что была всем, стала ничем? Она не дышит и не видит, не слышит и не говорит, и ничего, ничего не чувствует. А ты чувствуешь. Ты опять пытаешься убежать – улететь – от себя, но дело в том, что рано или поздно придётся остановиться. Страна за страной, город за городом, и письма, бесконечные письма и открытки, а затем – дневник, страницы которого вспарывают тебя, заставляя принять тот факт, что на самом деле ты её не знал. Но так ли это важно? Ты – словно Сицилия, которая раз за разом разрушалась, но после всегда возрождалась. Мы все – Сицилия. «После каждой главы опустошения следует возрождение. И происходит это само собой. Происходит, даже когда нет никаких гарантий, что такого больше не повторится». Самое сложное в этом принятии – это понимание того, что невозможно сбежать и спрятаться от самого страшного. С этим придётся смириться. И начать жить не ради помыслов о смерти, а жить ради жизни. «Любовь как жизнь, только длиннее». Намного, намного длиннее.

__«Будущее лежит по другую сторону прошлого. Мы возвращаемся в прошлое, чтобы затем двинуться вперёд». Солнце над головой рассыпается на ослепительные осколки, тронутые недвижным ярким светом занавески будто застыли, ибо наступило утро, и это утро – как другая жизнь. Это сродни чуду – когда, берясь за книгу, от которой не ждёшь ровным счётом ничего, встречаешь то, что отзывается в душе лёгкой тенью узнавания и понимания, и дело не столько в истории дружбы и любви этой троицы, сколько в сложенной песне о переживании потери и отпущения прошлого. «Нам по силам воскрешать образы, но не жизнь». Если окинуть беспристрастным взором сюжетную канву романа, то в итоге можно выйти разочарованным, но игра слов, этот удивительный и изящный танец не мог не очаровать, я будто не читала, а плыла, наслаждаясь каждым слогом, каждым всплеском; это было поэтично, печально и прекрасно. «Слова в иные мгновения обретают чувство», – и я почувствовала. Вспоминать о том миге, когда всё рухнуло (у каждого этот миг – свой), тяжело даже спустя годы, но вместе с тем чувствуешь то, к чему в итоге пришёл герой после своего одиссеевского скитания: принятие. Жизнь, как бы банально это ни прозвучало, продолжается, но живёшь ты её уже по-другому. Так, как было раньше, уже не будет никогда – и с этим ничего нельзя сделать. Но, возможно, впереди будет ещё лучше. Возможно, именно после того мига и начнётся всё самое прекрасное.

Я открыла для себя нового автора и не могу молчать – мне хочется рассказать о нем всему свету. Его прекрасную и очень современную прозу хочется читать и читать. Вглядываясь в лицо автора на фотографии, я подумала, что другие его романы мне обязательно надо почитать в оригинале, потому что если это так хорошо по-русски, как же прекрасно это должно быть по-английски… Поэты пишут венки сонетов, это же – венок чувственных и метафорически насыщенных смыслов.

Ох, как же мне все понравилось с самого начала! Было здорово чувствовать себя новичком в пространстве этой книги, когда еще ни про что здесь не знаешь, и происходящее словно бы проступает из сна или тумана, но ты им начинаешь дышать и никак не можешь остановиться. Запойная книга. Зависимость возникает с первой страницы: ты как будто открываешь окно в эту жизнь и вдыхаешь что-то околосюрреалистическое, но все равно живое и в чем-то про тебя. Не сказать, что все здесь было в новинку, но увидеть отражение переживаний, когда-то бывших твоими, значит получить мощнейшую дозу психотерапии, пусть и ретроспективно. Скитаться по жизни вместе с Генри, пытаясь, как прах, развеять свою печаль над миром, смешать свою свободу с жертвенностью, как в конце концов сделал Джордж, искать и спасать самое себя вместе с Ребеккой – все это увлекательнейший экзистенциальный трип, и С. Ван Бой дает читателю возможность не просто наблюдать все это сторонним взглядом, а со-путствовать им, со-переживать и со-проживать события их прошлого и настоящего, а главное, смешивать свои представления и эмоции с теми, которые раскрываются в их диалогах, соприкасаться с их конфликтами и рефлексиями (отдельные фрагменты книги в буквальном смысле слова персонализированы – это письма, напечатанные на старой печатной машинке, картинки, рукописные записки на открытках, дневниковые записи).

Книга очень грустная, местами почти депрессивная, но это и не беллетристика, это - книга-работа, работа для души. Можно прочитать сотню учебников по изживанию горя, но лучше просто взять эту книгу и пережить с ней каскад катарсисов. Роман С. Ван Боя не поражает или увлекает своей особенной историей любви (все такие истории особенные!), но затягивает многообразными аспектами и контекстами переживания ее утраты. Жанр, в котором он написан, в полном смысле слова можно назвать литературной философией. И даже несмотря на слабый, с моей точки зрения, финал, как-то не совсем соответствующий всему остальному, его стоит прочитать, а потом и перечитать.

Любая жизнь с ее индивидуальной цепочкой событий – это, практически, уже готовый роман, и здесь все герои его достойны. Думаю, что и те, кто это прочитали, достойны тоже.

В своё время я была покорена коротким романом Саймона Ван Боя «Иллюзия разобщённости» – и пошла скупать другие его книги, вышедшие на русском. А перевели на самом деле почти все, хоть он и не пользуется у нас популярностью. «Всё прекрасное началось потом» – дебют автора и самая, наверное, объёмная история из всего творчества. Возможно, эти два фактора и сыграли свою роль, – не знаю. В любом случае, волшебства не случилось.

Сначала роман маскируется под любовный треугольник: Ребекка встречает Джорджа и проводит с ним ночь. Ребекка встречает Генри и проводит с ним много ночей – и даёт отворот-поворот Джорджу. Генри и Джорджа внезапно сводит судьба, и они становятся друзьями, выбор героини уважают – конфликт рассосался, даже не начавшись. И это только завязка.

Для обоих героев Ребекка – первая любовь, но получилась она настолько безликой, что я не могла понять, что Джордж и Генри в ней нашли. Какие-то милые сцены взаимоотношений отсутствуют – не чувствовала я, что в их животах порхают бабочки. И приуныла.

Однако выписывая героев, Саймон Ван Бой уделяет много внимания травмам детства – и с каждым сюжетным поворотом история начинает приобретать иной смысл. По итогу, она об этих самых травмах, их проработке и поиске себя. Но исполнение мне всё равно не особо понравилось: как-то безэмоционально всё воспринимается, герои кажутся поверхностно проработанными.

Автор, правда, попытался создать контакт между читателем и одним из героев, перейдя в какой-то момент на повествование во втором лице – в отсутствии метафоры я не прониклась и воспринимала как манипулирование (хорошо этот приём был реализован в книге «Одежда ныряльщика лежит пуста», на мой взгляд).

Не удалось этот роман прочувствовать до конца. Полагаю, что причина в халтурных переводе и редактуре. Даже на первый взгляд заметна куча недостатков, которые просто невозможно не увидеь, но переводчик и редактор не обратили на них внимание.
Например, на странице 79 написано:

Загадочно? Зачем младенцам мобильник, тем более, что во времена детства Генри если они и были, то только у крутых бизнесменов и политиков. Читаем дальше: Генри даёт мобильник грудному брату.

Теперь то уж, я думаю, абсолютно всем кроме переводчика и редактора понятно, что речь идёт вовсе не о мобильном телефоне, а об игрушке для младенцев, называемой мобиль. А ведь эта сцена так важна для развития сюжета! И интернет уже давно существует, уточнить непонятное так просто!
Остальные нелепости на этом фоне просто блекнут. Ну подумаешь, на стр 136 реплика Джорджа приписана Генри, подумаешь Джузеппе на стр 131 становится Джуземме.
Все это уже пустяки, не сильно влияющие на повествование.
Возможно, что была ещё куча подобных нестыковок, которые ускользнули от моего внимания. В результате смысл романа ухватить не удалось. Казалось бы он о том, что все ещё впереди и не надо отчаиваться, но почему тогда сцены обещанного в заглавии прекрасного описаны так скупо?

Читала эту книгу в электронном виде и очень надеюсь на то, что бумажный вариант вычитали и корректор хотя бы одним глазом глянул на него... (Хотя с другой стороны, сюжету это не поможет.) А если это авторский стиль- тогда беда, так как читать практически невозможно. Описания блеклые, образы неживые, обрывочные фразы с отсутствием логической последовательности. Особенно поразила та часть текста, где рассказ от второго лица -"ты". Как это вообще? За формой текста потерялась суть, но это ничего, потеря не велика. Но почему-то есть желание попробовать прочесть другую книгу этого автора, вдруг больше повезёт. За что-то же его отнесли к "лучшему в современной прозе".

Как часто вам хотелось бросить все и убежать? В другой город, в другую страну? Туда, где никто не знает вас и в свою очередь вы не знаете никого. Туда, где можно всё обдумать и возможно начать жизнь сначала...
Роман знакомит нас с тремя героями. Ребеккой, Джорджем и Генри. Француженкой, англичанином и американцем. Они встречаются, общаются и влюбляются, но не все так просто... Каждого из них в Афины привела далеко непростая судьба, на которую наложило свой весомый отпечаток далеко нелегкое детство. У каждого из них своя трагедия и причины оказаться в городе, "куда стекаются одиночки". Объединили и свели их вместе любовь и дружба. Их встреча имела судьбоносный характер, ведь так как прежде уже не могло быть никогда... И все самое прекрасное действительно началось потом.

Книга написана хорошим языком. Начало немного затянуто, но по мере развития событий уже невозможно оторваться. Много описаний чувств героев, много диалогов. Своеобразный авторский стиль, особое внимание уделено деталям. Герои многогранны и необычны. Каждый из них по своему интересен и уникален. Роман состоит из четырех книг, две из которых написаны от второго лица. Что немножко усложняет чтение и достаточно непривычно сначала, но потом к этому привыкаешь.
Честно сказать, меня книга приятно удивила. Я не ожидала ничего подобного. Думала, что будет все просто с сюжетом и предсказуемо. Но оказалось совсем не так. Поэтому всем советую прочитать.

Саймон Ван Бой - популярный английский писатель и сценарист. На русском языке информации об этом авторе не так много, как в прочем и его переведенных книг.
Я долго думала как же подступиться к этому автору, через какое произведение. В итоге мой выбор пал не "Все прекрасное началось потом". Объясню почему: по аннатации нам обещают нежную, пореполненную теплом историю со с своей особенной атмосферой. А что же в итоге?
Автор рассказывает нам истрию трех заблудившихся в жизни молодых людей, каждый из которых пережил свою личную трагедию детства, и которых вместе сводят Афины. И вроде бы все так, и отличная завязка, и жизнь каждого героя прописана до мелочей, и все такие не счастные, но все равно не живые, картонные, многие из поступков необоснованы, а их чувства вообще отдельная песня, которую я так и не поняла: неправдоподобные, завязанные на мимолетном знакомстве (по мне так третьего персонажа, который Джордж, и не надо было вводить, бедный бегает туда-сюда и все!).
Все повествование развивается медленно, не каких сюжетных поворотов (кроме одного, где-то в середине книги, в которой я не сразу поверела, думала ошибка какая), все действия героев либо очень предсказуемы, либо попросту странные.
По ходу повествования рассказ идет от всех трех героев, но ближе к концу главы идут от одного персонажа Генри и от второго лица ("ты все ближе подходишь к ее дому", "ты шел с другой стороны"). Спорный и неоправданный способ донести информацию, но, в целом, сюжет понять можно.
Из плюсов теплая атмосфера Афин.
И все же в будущем собираюсь ещё читать книги этого автора.

Саймон Ван Бой замечательный английский писатель. Каждая его книга отличается загадочной неповторимой историей, но все они связаны единой линией любви.

Атмосферная, немного запутанная история о чувствах, дружбе, поиске себя в этом мире.
На самом деле очень сложно понять в чем смысл твоей жизни, находишь ли ты там, где следовало бы быть.. эх.

Чудесные теплые летние греческие вечера, с вином за ужином на открытом балконе.. Легкое непринужденное общение, флирт и молодость .. Стремление к цели, хорошая работа, путешествия по всему Земному шару, настоящая дружба...
книга - кладезь новых идей и ощущений, романтики и человечности, чего-то родного и близкого..