Корабль дураков

- Наш капитан - вот кто сам не знает, куда плывёт, - сказала Дженни.

Все мы больны, - изрёк он нравоучительно, и на миг черты его застыли, точно маска стоического терпения и жалости к самому себе. - Все мы умрём, кто раньше, кто позже... ну и что? Стоит ли из-за этого расстраиваться?

- Никакой свободы на свете нет, Иоганн, - сказал он с долгим, горестным вздохом. - Нет на свете свободы.

... так отвратительны, так пугают старость, уродство и немощь, а ещё страшнее смерть - единственный выход, единственное спасенье от всех этих ужасов.

Шла и ела один кусочек за другим, как можно незаметней: ведь только плохо воспитанные люди едят прямо на улице.

... но здесь, на корабле, фрау Шмитт усвоила великий урок, который давно готовила ей жизнь (хотя она-то никак его не ждала!): надо сидеть тихо, всё держать про себя, ни о чём не высказывать своего мнения, молчать о том, что видишь, не повторять того, что слышишь, ни с кем не откровенничать, потому что всем всё равно, никому ты не нужна, ни единой душе... так трудно в это поверить!

- Уже одно то, что они родились на свет, для всех несчастье, - сказал капитан. - Нам только и остаётся прятать их подальше и не давать этой чуме распространяться.

Он говорит, жизнь - для живых, мёртвым уже ничего не нужно, и не следует давать волю чувствам, когда от этого нет никакого толку!

И не впервые профессор Гуттен с горячим сочувствием вспомнил, как мудро говорил о женщинах его отец: они - просто дети, только ростом побольше, и, если хочешь порядка в доме, надо время от времени дать им отведать розги.

... если люди творят зло по невежеству, их не следует осуждать. Это значит, что они не получили надлежащего образования, некому было оказать на них благотворное влияние в их юношеские годы; таким людям зачастую довольно открыть глаза на доброе, истинное, прекрасное - в сущности, на то, что правильно, - и они с радостью это примут.

Такая таинственность тем непостижимей, что на пляже средь бела дня он видел их обоих куда более голыми. Значит, раздеваться перед тем, как лечь в постель, наверняка совсем не то, что раздеваться днём, - и надо попробовать выяснить, в чём тут секрет.

- Жизнь у всех по-разному складывается, смотря у кого какой склад ума, а как вы та сами сложены, от этого ничего не зависит.

... да, женщины - вот кого прежде всего надо держать в узде.

Обуздать каждого и держать в узде, чтоб знал своё место, - это не суровость и не самозащита. Просто это значит соблюдать естественный порядок вещей и неуклонно ему следовать.

- А если бы и помешали, что мы может поделать? - Левенталь высоко поднял брови, пожал плечами. - Нас ведь никто не спрашивает?

Запомните хорошие правила: никогда не рассказывайте о своих семейных делах! Никогда не говорите того, чего от вас ждут. И на вопрос отвечайте вопросом.

- А разве в делах когда-нибудь обходится без подлости? - спросила миссис Тредуэл, зевнула и повернулась на другой бок. - Разве в делах не все мошенничают?

Возможно, быть женщиной - несчастье, очень многие из вас так думают, но ничего постыдного в этом нет - это участь, которую надо принять, как всякую другую.

- Беда в том, что эти студенты просто ещё не родились на свет, каждый из них - просто дурной сон, признавшийся его родителям.