Цитаты из книги Blonde

Вам никогда не приходило в голову, что люди называют Богом обычный инстинкт? Когда знаешь, как вести себя в новых обстоятельствах, но не задумываешься, откуда ты это знаешь? Ну, как брошенные в воду животные. Ведь они уже умеют плавать? Даже новорожденные?

«Даже начав с правды, люди могут завраться».

Не рот, а манда. Вот в чем ее секрет.

...даже самая любимая история в новой компании звучит совсем иначе, по-новому. Рассказывая ее, мы и сами становимся другими людьми.

В «Парадоксах актерского мастерства» она вычитала:

Все актеры и актрисы – шлюхи. Они хотят лишь одного: соблазнить вас.

В книге Шопенгауэра «Мир как воля и представление», которую он как-то дал ей почитать, Норма Джин наткнулась на следующую фразу: Самоубийство жаждет жизни, но недовольно ее условиями.

Мужские глаза все равно что клюв ястреба, вонзающийся в грудь певчей птички.

Каждый мужчина занимается любовью по-своему, у каждого тут свой «стиль», в отличие от случаев, когда требуется кому-то отсосать, тут все мужчины одинаковые, и не важно, тонкий член или толстый, короткий или длинный, гладкий или весь перевитый венами. Член бледный, цвета сала, или красный, словно кровяная колбаса; чистенький, пахнущий мылом член или немытый, заросший слизью; член прохладный на ощупь или горячий, как кипяток, гладкий или морщинистый. Член – он и есть член, всегда противный.

Донести на друга – вот проверка истинного патриота. На врага любой может донести.

Сценарий есть всегда. Но далеко не всегда он тебе известен.

Это почти непосильная задача – быть красивой, да к тому же еще и женщиной!

Нет на свете более противного запаха, чем запах старой, давно протухшей любви!

– Послание может раскрыться в любой момент. Вопрос в том, чтобы его понять.

Наверное, не столь важно, что тебе говорят, но важно, как говорят.

А сказала она, что прочитала сценарий, весь сценарий, что история странная и волнующая, прямо как роман Достоевского, что ты с самого начала симпатизируешь преступникам и не хочешь, чтобы их наказали.

Она поклялась: Буду любить тебя до самой смерти. И после нее тоже. Услышав это, Касс расхохотался и сказал: Норма, до самой смерти – этого уже достаточно. Хорошенького понемножку.

– Был один греческий философ, он учил других разным премудростям. Считал, что сладчайшее состояние из всех – это ощущения, которые испытывает еще не рожденный человек в утробе матери. Но лично мне кажется, сладчайшее состояние – это сон. Ты словно мертв и в то же время жив. Самое изысканное ощущение на свете.

...не важно, с чего начинается сцена. Главное, чем она заканчивается.

Сама жизнь устроена несправедливо. Ты же читала Чехова, да? Или О’Нила? Ты ведь знаешь о Дахау, Освенциме? Homo sapiens – это вид, который уничтожает себе подобных.

...сексуальность – это всегда загадка.