Тургенев

Открывая биографию Тургенева, следует быть готовым к тому, что "во первых строках" романа на вашу голову свалится все, что думали "просвещенные" французы в двадцатом веке о "диких" русских века девятнадцатого. Наденьте каску и ничего не бойтесь. Моруа же не со зла. Он искренне хочет понять загадочную Московию. Не все же англичан по-соседски подкалывать или своим согражданам косточки перемывать, надо и еще на ком-то способность к аналитическому мышлению отточить. И крепостная Россия дает для этого уникальный шанс. Дома то, в родимой Франции, все уже изучено вдоль и поперек. Традиции сложились, которые нарушать не комильфо. Если высший свет описываешь, показывай такое лицемерие и порочность, чтобы в аду восторженно аплодировали, если про бедноту рассказываешь, то такие нищета и безнадега, чтобы ангелы заплакали. А Россия - Terra incognita. Тут и рабство, и деспотизм царя. Когда Моруа о помещиках пишет, ощущение такое, как будто в Африку приехал и наблюдает нравы племени. Ходит с постоянно круглыми глазами и повторяет: "Ну как так можно? В наше то время? В голове не укладывается!"

А такое и не уложится. Слишком эпохально. Обширно. Непознаваемо, как рождение Вселенной. Каждый помещик - как абсолютный монарх среднестатистического европейского государства и при этом зависит от монаршей милости. Такое не понять. Только принять можно, смирившись с неизбежным. Полюбить то хорошее и подлинно великое, что есть в стране и в народе. А для этого надо родится и вырасти в России. Как это сделал Тургенев, выбравший себе в отцы красавца-гиганта, впавшего в изнеженность и маму, с мужскими привычками - любительницу играть бильярд и третировать крепостных. Причем, есть подозрения, что семья у мамы такая "темная", что Борджиа от зависти в гробу вертятся. Ну дикие же люди! Вот поэтому и Тургенев получился нежный и дикий. Как приведение из Карлсона. Помните, " дикое, но симпатишное". Выбрал жить в праздности. А кто бы не выбрал, будь такая возможность? Какая работа, если ты - по жизни наблюдатель? Притом, очень хороший. Не каждому такой талант выпадает.

А вокруг раздолье для наблюдений. Москва тогда было местом поэтичным. По словам Моруа. Что было потом, он не уточняет, но судя по всему, с отменой крепостного права вся поэтичность закончилась. Или он плохо искал в современной ему Москве. Но дело не в этом. А в том, что по утрам над лугами стелется туман от реки. Поют птицы, приветствуя зарю. Травы по пояс и ветер, запутавшийся в листве. Тишина и покой. Простор и гармония. Полюбив такое однажды, уже не забудешь. Как бы далеко ни уехал от родных березок. Как бы сильно ни любил чужую жену. Чем бы ни отвлекал свой ум.

Любовь к природному туману, возникшая еще в детстве, повлекла за собой и любовь к туману философскому, захватившему в юности. И молодой Тургенев успешно пережил увлечение Гегелем , но не смотря на богатый опыт "духовных оргазмов" остался "тесно связан с землей". Тем более, что с землей связываться безопаснее, чем с теми же женщинами. С прекрасным полом отношения у Ивана Сергеевича застряли между чувственностью и дружбой. Он не женился сам и не советовал другим. По прошествии многих лет он, естественно, пожалел. Но в расцвете лет жил так, как ему было удобнее. В одиночестве, не связанному обязательствами, ему лучше и продуктивнее писалось. И ничто не мешало романтическому настрою. Каждому - свое. Вот старинного приятеля, Льва Николаевича, наличие семьи не останавливало. Побеседует с женой и сразу в голове готова батальная сцена для "Войны и мира". А, лишенный прелестей семейной жизни, Тургенев все больше о природе писал. И с Толстым на целых 17 лет поссорился. Разные очень были. А еще писал о крепостных и помещиках, которые тоже часть природы. Рассказывал, по возможности, честно - без осуждения и идеализирования. За непредвзятость его ругали и отправляли в ссылку. Иронично, но политические активисты были вечно недовольны романами Тургенева. Те еще любители понимать все неправильно и не верно истолковывать позицию автора по отношению к своим персонажам. Но это лишь подчеркивает то огромное влияние, которое оказало творчество Ивана Сергеевича на литературу и общественную жизнь.

Читая биографию за авторством Моруа, хочется перечитать всего Тургенева. Это ли не признак того, что книга удалась. Умеет французский биограф передать читателю свою искреннюю любовь и симпатию к автору, про которого пишет. К его жизни и творчеству. Показать, как одно отражается в другом. Интересно было следить за этими отражениями. Радоваться успехам, переживать из-за критики. И уж совсем печально было читать про последние годы писателя. Когда он болел и угасал. Как превратил всю свою жизнь в материал для наблюдений. И пришел к выводу, что все художники - несчастны. И в этом есть свои плюсы. Иначе не было бы книг. Ведь счастье - это покой, а покой ничего не созидает. Тургенев всегда стремился быть оригинальным, но не эксцентричным, любил свободу и природу. Был поэтичен и искренен. Меня не нужно убеждать любить Тургенева - это уже свершившийся факт. Поэтому, рассказывая о своем отношении к Ивану Сергеевичу тепло и уважительно, Моруа просто еще сильнее расположил меня к себе.

В первой главе "Юные годы русского помещика. Первый опыты в литературе" Андре Моруа показывает истоки, как из среды "этих русских 1800-х годов", среди "наивно-безжалостного самовластия", при "отсутствии свободы мысли", царящем в обществе "лицемерном мистицизме и показном ханжестве", в среде "монстров" и "добродушных бездельников" появился такой странный русский помещик, писатель - поэтический романист.
Моруа взял за историческую основу путевые записки маркиза Астольфа де Кюстина, изданные им в 1843 году и имеющие ошеломительный успех в Европе и США, что наверно свидетельствует о большом интересе к странным русским. В России эти записки "Ля Рюсси" находились под запретом. О достоверности не берусь судить, но все, что читаешь после, уже пропитано этим русским духом.
Андре Моруа не зря называют мастером художественной биографии, биографического романа, романизированной и даже беллетризированной биографии. Последнее определение писатель решительно отвергал, утверждая, что в своих работах он опирается только на факты, ведь документ становится у него необходимой, органической частью книги. С этим я соглашусь, в биографических произведениях Моруа всегда много цитат, любой свой анализ и выводы подтверждает выдержками из источников.
Покончив с описанием страшной странной России, Моруа переходит к родителям и детству Тургенева, то есть к тем самым странным монстрам и добродушным бездельникам. Молодые годы - это первый писательский опыт и дружба с Белинским, жизнь в поместье у матушки помещицы и рождение дочери, первая встреча с Полиной Виардо и начало их романа.
Подробно описываются годы жизни в Париже, общение с Полиной Виардо за границей, отношения с французскими и русскими писателями. Печальная глава о последних годах жизни Тургенева и его болезни.
В биографии я не нашла нового, а вот анализ, оценка произведений Ивана Сергеевича интересная. Целая глава посвящена произведениям "Дым", "Рудин", "Отцы и дети", "Дворянское гнездо".
С большой теплотой и любовью пишет Моруа о Тургеневе, выступая в какой-то степени адвокатом его писательского труда.

Моруа обращает внимание на удивительные пейзажи Тургенева, реалистические характеры (почти всегда с натуры), тонкое обращение с деталями, новое в построении романа.
Моруа цитирует Мопассана

Тургенев в свою очередь рассказал о молодом французском писателе в России.
Последняя глава посвящена гуманистическим воззрениям Тургенева, который при жизни дал вольную всем своим крепостным, и его "Записки охотника" по утверждению Моруа повлияли на отмену Александром II крепостного права в России.
У меня получился сухой отзыв, Моруа же пишет живо, ярко, увлекательно.
На картинке Белинский и Тургенев.

Данный труд французского писателя сложно назвать полноценной биографией русского классика. Но тем не менее, даже не будучи поклонником творчества ни того, ни другого, любопытно ознакомиться и отметить для себя какие-то знаковые факты, сыгравшие в дальнейшем большую роль в жизни писателя.

Начало книги, в котором даётся анализ внутреннего состояния Российской империи на момент рождения нашего героя, несколько озадачивает, но спустя некоторое время убеждаешься, что произведение достаточно хорошо структурировано и данная глава вполне укладывается в определённую схему для понимания дальнейшего хода событий.

Автор без особых подробностей проходится по основным биографическим вехам Ивана Сергеевича, но некоторые крупицы материала настолько красноречивы, что навряд ли требуют какого-либо дополнения.

Большая часть произведения посвящена анализу основных романов, вышедших из-под пера русского классика. И хотя я такое вообще не люблю в биографиях, но тут французский автор умудрился ловко и умело лавировать, не особо сильно выдавая сюжетные коллизии, но расточая похвалы своему герою, часто заслуженные, отчего они смотрятся вполне уместно и правдиво. Но тем не менее тем, кто только собирается читать романы Ивана Сергеевича следует быть настороже.

Также значительная доля внимания здесь уделена дружбе и общению сначала с отечественными коллегами, а затем и с зарубежными, в первую очередь, французскими.
Еще одним достоинством является большое обилие цитат из книг, выдержек из писем, не только подтверждающих ту или иную авторскую мысль, но и наглядно демонстрирующих какое-либо заявление, мнение, устоявшееся утверждение.

В целом, от рассказанного остаётся какое-то грустно-щемящее чувство одиночества и покинутости, неприкаянности и грусти.
Рекомендую всем любителям биографического жанра

Давно знала каков этот Лев Николаевич )) но чтобы так друга по литературе немилосердно и в лоб...и не надо возражать, как интеллигентный оппонент - солдафон...и т.д в том же ключе. Можно нарваться! Восстанет и о ваших бедрах выскажется. Могучий, он и после смерти "зеркало литературы русской".

Впрочем я то о Тургеневе собиралась писать, вернее о том как о нем думал, собрав любезно предоставленные и никем не скрываемые письма, дневники и воспоминания, любезный сердцу моему Моруа.
Думал во всех смыслах очень приятно, особливо о литературном даре. Как тут возразишь, чудесно пишет Иван Сергеевич - гладко, стильно, напевно и европейски. Чем, вероятно, и близок французам, у которых в большом фаворе. И о жизненном пути , с коллизиями разнообразнейшими, хорошо осведомлен, гладко повествует, не делая далеко идущих выводов, более к констатации тяготиться, чем к определённой теории с доказательствами. Но цитирует забавно.

Семейная история без картинок, но с поводом для задумчивости.
Андре Моруа обстоятелен с самых первых фактов известных о будущем писателе. Поскольку ни одно рождение ещё не обошлось без участия родителей ( родитель N1, родитель N2 - по современной классификации) нам предстоит узнать и об отце - красавце, бабнике, кирасире, человеке слабохарактерном...и, как это не странно звучит, человеке, которого боится властная , богатая и взбаломошно-тиранствующая жена.
И о матери - плюс к перечисленному строго контролирующей сыновей, даме с "тёмной" совсем не уточнённой семейной историей, отличающейся крутым норовом даже на смертном одре, называющей уже взрослого сына "Жаннет"... Возникла ли и у вас мысль, безусловно, крамольная об особенностях воспитания Ивана Сергеевича? Нежно-чувствительный, легко проливающий слёзы, извечно переживающий к месту и не к месту о своих маленьких ручках. О дальнейшем чуть ниже уже словами самого Тургенева: "Овощ с приправой из слез".

Отчего все же овощ и отчего такое смирение?
Даже не могла бы представить , что так возможно назвать себя в 19 веке. Но что поделаешь....желаешь в наследство деревеньку с крепостными, будь добр смирись. Жаннет ещё не самое плохое женское имя)

Опять же любил Иван Сергеевич по молодости с девками крепостными позабавиться и чтобы нрав у них был посмирнее. По молодости я не зря выделила, ибо родив внебрачную дочь и чуть позже воспылав чувствами к Полине Виардо, более в интиме замечен не был. Когда там та Виардо к нам в Россию на концерты заедет...не каждый год.
А потом уже пристроив доченьку к ней же в семью на воспитание, проживал и сам в большинстве заграницами, приезжая к родимым березкам только лишь за вдохновениями. Приедет, подышит сладким дымом отечества, повспоминает о том как сам платонически вздыхал, да на окошки светелок заглядывался и писать скорее.
И так это удачно получалось, что вот прямо эталоном он был для французских литераторов. Особо дружил он с Флобером . Как развалятся друг перед другом на козетках и давай дружить. Флобер тот любил рассказать с подробностями как он и есть " госпожа Бовари" . А Тургенев, тот интеллигентнейший человек, он мог часами внимательно и проникновенно слушать, а потом хвалил очень. Идеальная дружба.
И кружок они обеденный себе образовали - и Мопассан и Золя , и Гонкуры ... Тоже поговорить любили об исскустве и смерти. О смерти особо часто и подробно.

Иван Сергеевич и его ипохондрия
Годам так к 33-35 решил Тургенев, что он болен. Поколесил по странам Европы от курорта к курорту - и воду пил, и ванны принимал... Но от любезной Полины надолго не уезжал, так и жили крепким семейным треугольником)). Сама то Виардо периодически свободничала, любовников заводила, в отпуск уезжала. Но ухаживала за ним до самого последнего дня, поддерживала всячески и с неизменным упорством отказывалась "выкинуть его почти 2-х метровое тело из окошка".

Моруа - жестокий спойлермен.
Большая часть книги, традиционно, отведена рассказам о произведениях , написанных Тургеневым, с подробными описаниями сюжетов и анализом чудесного стиля. Так что, если вы не читали что-то из романов Ивана Сергеевича будьте осторожны, нахватаетесь спойлеров, испортите назамутненность впечатлений.
Тут я особо солидарна с писателем - пишет Тургенев действительно замечательно, выверенно и европейски.
Поэтому о последних частях книги я писать не стану, когда знаком уже и с Дворянским гнездом и с Первой любовью можно только утвердительно кивать головой в такт совершенно заслуженным дифирамбам.

Как обычно Андре Моруа порадовал тщательностью к деталям, вниманием к образу героя и искренней любовью к личности и творчеству. Лучшего биографа трудно себе представить.

Давно люблю Андре Моруа, прекрасного биографа, еще в детстве читала и перечитывала жизнеописание Жорж Санд, потом — Бальзака, Гюго, Пруста. Но даже не знала, что у него есть книга о Тургеневе. Открытие! Жизненный путь Ивана Сергеевича известен, мне был интересен именно взгляд со стороны, взгляд европейца на нашего писателя, который около 20 лет, с перерывами, жил во Франции, там и умер.

Было ожидаемо, что настоящим французом наш западник будет восприниматься как представитель Востока, русский медведь, загадочная русская душа и т.п. Но легкий иностранный акцент не портит повествование! Наоборот, по-особенному воспринимаются описания русских реалий той эпохи («На время рождения Тургенева, в 1818 году, Россия была страной абсолютного и беспощадного самодержавия»), вызывая в памяти и де Кюстина, и Флетчера.

А до чего же симпатично сочувствие Моруа Тургеневу-человеку, понимание его характера (чувствительность, помноженная на пессимизм) — и такое же тонкое понимание Тургенева-писателя, характеров его героев. Мне нравится, когда биограф не изображает беспристрастность. Правда, он читал тургеневскую прозу в переводах, но и мы читаем его интерпретацию нашей классики в переводе с французского. Такая система зеркал. Тем удивительнее, что все-таки возможно понять друг друга — или догадаться, почувствовать.

Книга понравилась. Были интересны главы о студенческих годах Тургенева за границей, об отношениях с критиками и другими литераторами. Тургенев и Белинский, Тургенев и Писарев, Тургенев и Толстой, Тургенев и Жорж Санд, Флобер, Мопассан. Живой Тургенев. Печальный, как на обложке.

Прямо биографией, я бы эту книгу не назвала, скорее «Размышления о Тургеневе». Здесь мы практически ничего не узнаем о детстве автора, практически нет важных дат (а те что есть исторические, а не «тургеневские»), да и хронологии толком нет, как я и сказала выше – размышления: все что в голову взбрело.
Но я не могу назвать эту книгу плохой, пусть я получила не то, чего ожидала, я все равно получила, что хотела (просто думала найти в других книгах), разве что придется теперь искать другую биографию Тургенева для прочтения.
Андре Моруа писал этот труд для французов, поэтому здесь очень много исторических справок о России времен Тургенева, с большим количеством объяснений и сравнений, в особенности крепостничества. О том, как Россия сильно отстала в вопросах рабства от Европы, только начала «умом догонять» ужасы реальности. И то, понимали картину единицы, в том числе Тургенев. Андре Моруа приводит очень много сцен из жизни Тургенева, очень много цитат, писем, фраз, это помогает окунуться в прошлое и на «своей шкуре» почувствовать «времена». Но биогрофа постоянно уводит в сторону, как я уже говорила ранее, задевая тему крепостничества в книгах Тургенева, Моруа уходит разъяснять, что такое крепостничество, а рассказав, что Тургенев приехал во Францию, начинается расписывать про Золя, Бальзака и Флобера, все дальше уходя от Тургенева. И мне это было интересно, мне интересны были все ситуации, все исторические личности, их публичные переписки и мнения о временах, о культуре, о литературе.
В книге можно вывести целый блок о творчестве Тургенева. Многие книги рассматриваются подробно (по «Накануне» и «Новь» и вовсе можно схлопотать спойлеры). Так же после смерти Тургенева расписаны рассуждения о «ценности тургеневской литературы» (вот только в этом блоке Тургенев как бы "оживает" и комментирует различные выпады).
Подчеркивается идиотизм сравнения Толстого и Тургенева, если первый почти проповедовал буддизм, второй жил дарвинизмом, и это сильно видно в их литературе. Толстой уходит в религию, а Тургенев восхищается природой. Так же Андре Моруа рассуждает, что никто не считает Тургенева гением и в первую очередь говорят о Достоевском и Толстом. Тем не менее он подчеркивает, что Тургенев великий писатель, и приводит множество доводов этому.

От книги я получила большое удовольствие. Да, придется идти на сторону, чтобы больше узнать о биографии русского писателя, но любопытно было прикоснуться к тургеневскому времени, его мыслям и мнении об его творчестве со стороны.

Со школы не люблю биографии. Странно, но даже биографии любимых писателей меня почему-то не интересуют. Так, знаю что-то... когда родился, где жил и т.д.. Эту книгу случайно нашла в аудиокнигах и решила послушать, так как читать не смогу точно, скучно. А так, пока вяжу плед, послушаю биографию любимого писателя.
Книга заинтересовала с первых строк и заставила проявить интерес к биографиям остальных любимых писателей, а их не так много.

Тургенев дружил с Флобером, а у него я читала только "Госпожа Бовари", она у меня в любимых книгах и с Жорж Санд. Её книга "Консуэло"лежит у меня с позапрошлого лета так и не прочитанная. Вот теперь, так как эту книгу любил Тургенев, прочитаю наконец-то и я.

Спасибо тем людям, которые записывают аудиокниги. Если бы не они, я бы прошла мимо очень многих замечательных книг!

Так сказал Моруа о Тургеневе . Из первой главы книги узнаем о детстве и юности русского писателя. Слабохарактерный отец, который совсем не занимался детьми, деспотичная мать , наказывающая сыновей за малейший проступок при этом как-то странно-нежно-любящая своего уже взрослого мальчика. Бабка, если то, что в книге правда , то вообще некий монстр с клюкой. Все это повлияло на характер будущего писателя, возможно отсюда и причина, что Тургенев не был женат, о чем сожалел под старость. Возможно отсюда какая-то странная, даже маниакальная страсть к одной единственной женщине Полине Виардо, за которой писатель таскался (простите другое слово сложно подобрать) по всей Европе , если бы только за ней, а то за всей ее семьей.
Рассказывая вскользь об отношениях Тургенева с Герценым, Бакуниным, Мопассаном, и более подробно с Флобером и Толстым, автор почему-то обходит стороной Достоевского, с которым были очень сложные отношения, взаимное неприятие двух писателей копилось годами. Что еще? Немного о внебрачной дочери Пелагеи, немного о романе с актрисой Савиновой уже на закате жизни , тяжелая болезнь, смерть и пышные похороны.
Пожалуй более подробно, чем на биографии, автор останавливается на анализе творчества писателя. С чем-то согласна, с чем-то нет, не все читала, но хочу сказать только об одном. Роман "Отцы и дети" , прочитанный еще в школьной период, с тех пор стал одним из нелюбимых произведений не только у Тургенева, но вообще среди русской классики. Точнее даже не роман, а его главный герой. Сам Иван Сергеевич нежно любил Базарова и писал, что если читатель его (Базарова) тоже не полюбит, то что-то у него (Тургенева) не получилось . Со мной это именно тот случай : "не полюбила"
Признаюсь, совсем не была знакома с Тургеневым поэтом. Стихи в прозе, которые он написал уже будучи тяжело больным и которые Моруа приводит в книге зацепили и засели в голове

В этой книге в большей мере рассматривается творчество Ивана Сергеевича Тургенева, нежели его биография. По своей структуре книга очень неоднородна.

В первой части автор дает обзор исторической эпохи, которая оказала большое влияние как на формирование характера Тургенева, так и на его творчество. Не сильно углубляясь в детали, Моруа дает довольно точную оценку положения дел в России времен крепостного права. Он акцентирует внимание читателя на базовых принципах государственного устройства того времени. Эта краткая историческая справка интересна сама по себе, видно, что автор старается быть максимально объективным.

Далее следует рассказ о детстве Тургенева, которое прошло в помещичьей усадьбе его матери, дамы очень крутого нрава, с большой склонностью к деспотизму. При этом она была женщиной образованной и начитанной и уделяла много внимания воспитанию своих детей. Тургенев рос среди крепостных крестьян и это оказало сильное влияние на его творчество. Иван Сергеевич в ранних лет полюбил красоту русской природы, он очень тонко ее чувствовал и умел подмечать, казалось бы, совсем незаметные явления, скрытые от глаз большинства людей.

Биография Тургенева рассказана достаточно кратко, большую часть своей жизни он прожил в Германии и Франции, был тесно знаком со многими знаменитыми французскими литераторами. Не обошёл автор вниманием и отношения с семьей Виардо. А вот о литературной деятельности Тургенева в России, Моруа говорит крайне мало.

Половина книги, может чуть меньше, посвящена анализу литературной деятельности Тургенева. Сначала Моруа дает краткий обзор основных его произведений, в том числе и с точки зрения исторического момента, когда они были написаны. Моруа акцентирует внимание читателя на том, что по словам самого Тургенева, он совершенно не умел выдумывать. В основе его произведений всегда лежит окружающая действительность, он писал исключительно о том, что видел вокруг. Тургенев был очень тонким и проницательным наблюдателям, он быстро подмечал начавшиеся перемены общественной жизни, его герои всегда очень актуальны и злободневны.

После анализа конкретных произведений, Моруа переходит к рассмотрению общих принципов, присущих прозе Тургенева. Создается впечатление, что Моруа большой поклонник творчества Ивана Сергеевича. Он пытается показать, что в некоторых ситуациях критерии «лучше»/«хуже» совершенно недопустимы, нельзя сравнивать вещи, различные по своей сути.

К достоинствам книги можно отнести тот факт, что Моруа ссылается на большое число документальных источников, он приводит очень много цитат. Автор стремится быть максимально объективным, не опускается до слухов и сплетен. В его изложении, биография Тургенева получилась очень краткой, а характер Ивана Сергеевича, лично для меня, оказался несколько неожиданным, я его представляла совсем другим человеком. Интересно было читать и литературоведческий анализ творчества Тургенева, книга будет интересна поклонникам его творчества, вот только спойлеров тут хорошо можно нахвататься.