Профессия режиссер. Мастер-классы

Сказать по правде, я опасалась приниматься за чтение этой достаточно специфической книги: я ни разу не режиссер, просто зритель-любитель, будут ли мне понятны уроки киномастеров, отвечающих на узкопрофессиональные вопросы («Как вы выбираете ракурс для съемки?», «Почему именно сюда ставите камеру?», «Используете ли зум?» и т. п.)? Об этом аспекте честно предупреждает автор в предисловии. Но книга оказалась вполне понятной для такого, как я, «среднего» читателя.

Лоран Тирар, сам отличный режиссер (это он снял один из моих любимых фильмов – «Маленький Николя»), в книге скромного объема сумел представить уникальный стиль каждого из интервьюируемых, оригинальный подход к материалу, актерам и кинопроизводству. Не хочу превращать рецензию в конспект, поэтому отмечу лишь то, что в мастер-классах показалось особенно интересным или неожиданным.

Джон Бурмен открыл мне любопытную сторону режиссерской работы: оказывается, «все серьезные режиссеры пишут», т. е. создают свои сценарии или совершенствуют чужие для собственного фильма, и это естественная часть режиссуры, хоть у каждого фильма и есть сценарист, а порой – несколько. А Педро Альмодовар, напротив, полагает, что «в идеале у режиссера должен быть свой писатель, родственная ему душа, а их отношения должны быть подобны удачному замужеству».

Француз Клод Соте, снимающий тонкие, атмосферные психологические фильмы, оказывается, до 16 лет и книг-то не читал, и испытывал трудности со словесным выражением мыслей. В своем творчестве он полагается в большей степени на чутьё. Выросший без отца, он, как следствие, более строго прорабатывает характеры мужских персонажей, более критичен к ним по сравнению с женскими.

Вуди Аллен, пожалуй, самый плодовитый из нынешних кинорежиссеров, поразил безграничным доверием к актерам и спонтанностью в работе: ничего не продумывает заранее, приезжая на съемку, ориентируется на месте. Но, может, маэстро кокетничает? Хотя… Подобный способ работы был у великого Феллини.

А вот у Мартина Скорсезе всё заранее выверено, едва ли не математически точно рассчитано: где будет стоять камера, в какую сторону должен повернуться актер и т.п. Выходец из Китая Джон Ву вообще снимает картины… под музыку. Интересный подход! Сидни Поллак, автор моей любимой комедии «Тутси» и пронзительной драмы «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?», удивил тем, на какие ухищрения он решался, чтобы снять ту или иную сцену (даже на роликах научился ездить для этого!).

Бернардо Бертолуччи, оказывается, в прошлом был поэтом, увлекался психоанализом. И он не имеет специального образования: азы ремесла постигал на практике, ассистируя П. П. Пазолини. Автор гангстерских драм и боевиков Оливер Стоун привнёс в свои картины собственный опыт войны во Вьетнаме.

Для датчанина Ларса фон Триера фильм – воплощение не идеи, а чисто эмоционального опыта. Он единственный, кто признался, что не смотрит чужие фильмы (у всех же звучала мысль о необходимости «насмотренности» для обучения мастерству).

Представитель «новой волны», классик европейского кино Жан-Люк Годар поднял важную тему о значимости в фильме подтекста – его «невидимой» части. Совершенно разумным показалось и неприятие им определения «авторское кино»: «теперь даже декораторы хотят быть авторами забитых в стену гвоздей», происходит деформация понятия «автор».

Тим Бёртон поделился своей «тактикой выживания» во время съемок: «маневрировать между проблемами, соглашаться со студийными босами, но, усыпив их бдительность, делать по-своему». Весьма дельно!

Позабавила характеристика автором книги фильмов Эмира Кустурицы: «нечто среднее между цыганским цирком-шапито и сеансом магии». Неожиданным оказалось то, насколько высоко режиссер ценит русское кино – по его словам, за «точное режиссирование».

Конечно, я написала не обо всех «героях» книги. Все они разные: есть режиссеры-рационалисты и те, кто полагается на чутьё, инстинкт, интуицию; делающие ставку на интеллектуальное начало и творцы, стремящиеся к тому, чтобы изображаемое на экране прежде всего пронизывала определенная эмоция. Но все единодушны в одном: нельзя снимать фильм, если нечего сказать людям.

Когда читала, пришла мысль: вот бы нашёлся человек, который опубликовал бы «мастер-классы» от наших отечественных ведущих режиссеров! Только, боюсь, уже поздно: «иных уж нет, а те далече…». Ведь, пожалуй, наиболее интересны (хоть и по-разному) были бы в этом плане Тарковский и Данелия, Бондарчук и Басов, Гайдай, Рязанов, Захаров… Хотя это, конечно, дело вкуса.

Читала книгу достаточно долго. Не потому, что неинтересно, напротив. Просто перемежала чтение просмотром многих из упомянутых фильмов: даже если какие-то из них и пересматривались, то открывались теперь совершенно по-новому. Вот только кино азиатских режиссеров никак меня пока не приманит.

Уже в который раз мне попадаются книги, которые по сути своей являются сборником интервью. Эта книга именно из таких. Под очень симпатичной обложкой автор собрал интервью с великими режиссерами и назвал их частными уроками.

Вуди Аллен, Эмир Кустурица, Мартин Скорсезе, Тим Бертон, Дэвид Линч, Такеши Китано и еще десяток именитых режиссеров рассказали автору о себе и том, как они привыкли работать.

По сути это действительно книга о профессии, то есть режиссеры рассказывают о том, как они работают, что им помогает, что вдохновляет, да даже о том, под каким углом они хотят видеть камеру во время съемок.

Книга безусловно заслуживает внимания, она создана по большей части именно для любителя, хотя и технические формулировки имеют место быть. Конечно интересно читать о тех режиссерах, кого ты любишь, чьи фильмы смотрел.

Интервью распределены по главам, в конце каждой главы есть список фильмов этого режиссера. Не смотря на то, что книга на языке оригинала вышла в 2002 году, в русскоязычном издании издатель добавил и те фильмы, которые были сняты после.

Если вы любитель кино, интересуетесь его внутрянкой, вам интересно, как режиссер чувствует себя на площадке, то книга для вас. Единственный минус для меня, у автора немного странноватая подача, отдающая осознанием собственной значимости.