Отзывы о книге Этрусская сеть

Новое имя в моем детективном марафоне, обещающее интересное знакомство происхождением и юридическим образованием автора, подкрепленными практикой. Среди героев Майкла Гилберта замечены полицейский инспектор, адвокат, страдающий бессонницей, и поверенный на заслуженном отдыхе. Последний весьма перспективен для дальнейшего книжного сотрудничества. В его клиентах, как обещает статья о творческих достижениях, можно обнаружить отставного адмирала и цыганскую королеву, а в сюжетах поиски сокровищ и даже террористов. Гранд-Мастер Американской ассоциации детективных писателей, Золотой кинжал и Алмазный кинжал Картье Британской ассоциации, награда Энтони за достижения в жанре, дворянство и орден Британской империи - послужной список и официальное признание достижений Майкла Гилберта.

Но первое знакомство, состоявшееся по "правилу левой пятки", было спонтанно по выбору. В "Этрусской сети" совсем мало истории, слишком много героев и отсутствует загадка как таковая. Сюжет вялотекущий, главный герой расплывчато пассивен, а преступники имеют опосредованное значение во всем происходящем. Именно эти причины и являются губительными для сюжета, в основу которого заложены, даже не один, а пара интересных жанровых направлений.

В романе Гилберта три части - традиционно для классического детектива и для времени написания. Для знакомства с Робертом Бруком, англичанином и управляющим «Галереей и библиотекой делла арти», а так же для общей связки сюжета, отведено треть романа. Рассказ весьма нетороплив и знакомит нас с основными действующими лицами, второстепенными персонажами и мимопроходящими жителями Флоренции. Все они так или иначе будут участвовать в происходящем, но ни один из них так и не станет главенствующим окончательно. И это, безусловно, один из минусов повествования. Ознакомившись с Бруком, основательно выпив с капитаном Комбером на "оргии а ля этрусс", посетив археологические раскопки и мастерскую Мило Зеччи, отследив приезд двух подозрительных сицилийцев, можно сразу определиться с жертвой, мотивом, преступниками и намеченным козлом отпущения.

Ничто не предвещало того что эта история развернется другой гранью и превратится в около-политическую разборку, спровоцированную выборами мэра. Бедолага Брук, которого очевидно подставили, оказался заложником предвыборной компании, прокурору и его команде просто необходим громкий процесс для пиара. И вполне интересная линия о подделке археологических находок и сицилийской мафии на подхвате, отходит в сторону. Никто кроме британской "диаспоры" не собирается выяснять обстоятельства убийства, достоверность показаний свидетелей и мотивы преступления. Капитан Комбер вынужден лично разобрачать не только соучастников и исполнителей, но и становиться на пути полиции, мафии и прокуратуры.

Тут то и появляется доктор юриспруденции Риккасоли, слегка комичный толстячок, у которого нет приемных часов, конторы, зато в наличии смекалка и любовь к музыке. К третьей части романа, доктор Риккасоли становится очередным главным героем, отодвинув энергичного капитана, который чуть не стал международным шпионом из-за своего умения составлять кроссворды, и равнодушного к внешним раздражителям Брука, занявшегося чтением "Потерянного рая" в флорентийской тюрьме.

Действие наконец слегка оживится стараниями газетчиков и прибывшего из Рима полковника Дориа. Яркости в разоблачениях это не добавит, но справедливость всё-таки восторжествует, в слегка помятом и припыленном виде. За неимением громких и обличительных выступлений в суде, читатель получит "вульгарное" разъяснение будущего в исполнении доктора Риккасоли, сонату ля-мажор, опус 45 и надежду на избавление от нарциссизма при вступлении в брак.

Расплывчато. Многозадачно. Без внутреннего сюжетного стержня.

Ранее не знакомый мне английский писатель Майкл Гилберт (1912–2006) прожил долгую жизнь, в которой было немало интересных страниц разного плана: участие во Второй мировой войне (и пребывание в немецком плену), многолетняя юридическая практика, консультирование правительства Бахрейна... Ну и, само собой, написание детективных романов и сборников рассказов, которых из-под его пера вышло более 40. На русский язык пока переведена лишь малая часть из них. Действие рецензируемой книги, вышедшей в 1969 году, происходит во Флоренции. В центре повествования находится судьба английского искусствоведа Роберта Брука (крупного специалиста по этрусской цивилизации), после пережитой им личной трагедии решившего уехать, куда глаза глядят. Но и на новом месте его поджидали нешуточные испытания: знакомство с итальянскими коллегами неожиданно обернулось арестом, по обвинению в причастности к ДТП со смертельным исходом. Друзья главного героя начали борьбу за его освобождение и восстановление доброго имени, оказавшуюся, однако, в высшей степени непростой... Надо сказать, что данное произведение оказалось весьма далёким от нынешних стандартов политкорректности. – Славным ребятам англичанам от Италии стоило бы держаться подальше, потому что находиться в ней просто опасно: там, во-первых, мафия; во-вторых, нечистоплотные политики и полицейские, только и мечтающие о том, чтобы отправить выходцев из Альбиона за решётку по сфабрикованному обвинению! (Под конец, правда, неожиданно выяснилось, что даже среди итальянцев встречаются честные люди, но всё равно...) Кроме того, у этого романа оказались: очень затянутое начало и скомканная концовка, оставляющая без ответа ряд вопросов. Можно согласиться и с автором одной из предыдущих рецензий относительно рыхлости, расплывчивости сюжета... И всё-таки, в целом книга мне понравилась. Она по-своему небезынтересна, достаточно увлекательна, и её главный герой вызывает подлинное сочувствие. Ну а что касается вышеупомянутой «неполиткорректности», то, в конце концов, это не наши проблемы, жители же Апеннин вполне способны сами постоять за себя...

The Etruscan Net, 1969

- Мы играем в футбол. Англичане играют в футбольный тотализатор.

Управляющий галереей искусств Брук приглашен на прием в этрусском духе на виллу профессора Бронзини, который откапывает в своих владениях артефакты этих самых этрусков. В тоже время во Флоренции с поезда сходят двое товарищей, смахивающих на педе.. сицилийских мафиози. Древности, гробницы, жажда наживы - даже самый тупой читатель сложит дважды два и поймет в чем тут соль.

- Этруски первоначально были аристократией, опиравшейся на искусство и героизм, но выродились в аристократию богатства. Как только аристократия утратила боевой дух, утратила и волю властвовать. Вроде футбольной команды, которая покупает игроков за границей, вместо того, чтобы воспитывать их самим.

• Подумаешь, ну есть у нас бразилец – полузащитник.

Несмотря на благодатную тему написано походя, какой-то транзитный текст, в котором зацепится за что-нибудь трудно. Герои плоские, нет у них бэкграунда, только парочка размеренных мафиозо радует глаз, но они все время отсутствовали. Средний автор, у нас практически неизвестен, что неудивительно. Фигурально выражаясь, он гонит вперед, но его бросает на всех колдобах, причем шпарит он на трехколесном велосипеде по песочнице. Однако, мыслишками он все же эпизодично поблистал - препирательства об этрусках были занимательны. Но дочитал через силу, интерес, как свет в мигающей лампочке, постоянно пытался пропасть из-за того, что произведение неровное.

Истинный этруск никогда не думает о завтрашнем дне.

Для 1969 года немного наивно. Автор пытается нагнетать интригу, но это у него не получается, слабовыразительный он какой-то, бесцветный, сильно не дожимает. Подлить бы ему краски, добавить остроты, и не палить фабулу - было бы в самый раз. Вся история свелась к тому, что Брука собираются посадить, а отставной британский капитан со товарищами пытается его выдернуть из лап продажного итальянского правосудия. Весь роман я не мог понять к какому жанру его отнести, и только к концу стало ясно, что это весьма слабый околосудебный детектив. Приключений нет, криминала на полшишки, лишь недоделанные герои, каждый из которых чета ковыряет понемногу.

- Машину можно починить, человека - нет.

Есть, правда, итальянский колорит (он любопытен, и его мало), щедро накапана юридическая тема (юрист же, поэтому не в падлу), добавлено несколько приметных мыслей, читается быстро, читать можно, но сюжет и подача пионерские. Судите сами, вы рассчитываете на преступный размах, а там аналогии из разряда "коты вокруг сметаны". Позабавило, как англичане хотели скинуться Бруку на адвоката. Что там в Италии делала напыщенная нищебродная британская диаспора, никак не озвучено. Но самый смешной момент был, когда итальянцы приняли капитана за шпиона, а кроссворды, что он составлял - за шифрограммы. Однако, все это изображено походя парой строчек, так что насладиться задумкой не получится - слишком неакцентировано и коротко. К сожалению, автор не сумел расцветить свой текст.

- Что плохого - быть толстым или в долгах? Главное - не расстраиваться из-за такой ерунды.

Иной раз возникало впечатление, что этот титан праздной мысли рождает убожество, словно у него по ходу пьесы сдувалось мозговое колесо, или, пока он ходил в сортир, жена дописывала то, что ей нравится. Моментами просто херь по кочкам: один из героев вдруг мнит что у него какой-то дар, драка в баре будто описана женщиной, герои шарятся и несут детский лепет ("Я видела спрятанный в кустах ваш серебряный "мазерати!"). Когда в тексте два раза попадается фраза "слюнки текут", становится непонятно кому он вообще адресован. Не роман, а разборка трехлеток горшками в детсаду. То нормально написано, то какое-то школоло. Ей-богу, британский онанизм под овсянку. Хотя, развязка неплоха, вполне криминальная. Гилберт не смог правильно сервировать и подать блюдо, а ведь потенциал у истории был. Заявленной сети здесь также нет, аннотация, если вы ее найдете, не соответствует содержимому. Не сказать, что роман плох, просто поначалу он обещает приключение, потом укатывается в нечто судебное, а в финале преподносит пацанскую разборку. И главное, здесь нет центрального героя, все в меру своих способностей помаленьку гоняют лысого. По итогу норм, но в целом - это было странно.

Никто не знает всех своих родственников, пока не умрет. В молодости похороны – тоска, в зрелом возрасте – шутка, но когда человек стареет, каждые похороны становятся репетицией его собственных.