Цитаты из книги Книги в огне

В 188 г. молния ударила в капитолийский храм Юпитера и разрушила, как писал «катастрофический мистик» Орозий, «bibliothecam illam, maiorum cura studioque compositam», его библиотеку, составленную с величайшей заботой и величайшим усердием.

Григорий I, префект Рима и папа с 590 г., будущий святой, приказал сжечь оставшиеся сочинения Цицерона, Тита Ливия и многих других авторов великой эпохи, потому только, что люди нового века решительно предпочитали эти произведения Новому Завету. Этот человек заставлял называть себя «посланником Бога» и не скрывал своего презрения к книгам и культуре в целом.

...в приорате Юра около 1500 г. красивую рукопись святого Иеронима как раз с этими буквицами алчно сожрал медведь, которого привлек запах абсолютно свежего качественного пергамента.

когда юный сын аль-Фадиля попросил почитать «Хамасу» Абу Таммама, его отец приказал принести тридцать пять бывших в его владении экземпляров этого сочинения и задумчиво листал их: «Вот этот для меня переписал такой-то, вот тот вышел из-под руки такого-то известного каллиграфа…» — и так все, один за другим, пока не решил, что лучше послать слугу купить ребенку экземпляр ценой в динар.

...разграблению Багдада: его войска упорно сжигали библиотеки и в течение целой недели сбрасывали в Тигр «книги, превосходившие всякое описание… из них образовался мост, по которому ходили пехотинцы и кавалеристы, и вода реки совсем почернела от чернил манускриптов», как сто двадцать лет спустя описывал это Ибн Хальдун. Этот новый способ расправы проник даже в сказку об Аладдине: «На ночь ворота Багдада закрывают, чтобы еретики не завладели им и не побросали ученые книги в Тигр».

Около 500 г. до н. э. Конфуций ездил по всей стране и кормился, посещая библиотеки, Лао-цзы был хранителем «небесного архива» — императорской библиотеки Лояна, Мо-цзы ездил исключительно со своими повозками с картами и письменными произведениями. Повозка книг, кстати, служила единицей измерения знания. Об очень образованном человеке говорили, что он ученый с четырьмя или пятью повозками.

Когда китайская принцесса, выданная замуж за тибетского царя, видимо, для того, чтобы вынести смертную скуку Лхасы, попросила императора Хуанцзона прислать ей «Пять классических текстов», при дворе нашелся недовольный, который воспротивился этому, поскольку «знание «Пяти классических текстов» сделает наших врагов слишком сильными».

...китайские коллекционеры в то время всегда очень берегли свои книги. Если они их и одалживали, то только надежным друзьям, и те должны были еще принести кувшин вина, чтобы взять самый ничтожный томик. И еще один, когда они его возвращали.

...в 1862 г. значительное количество невосполнимых сочинений было продано на вес в две мастерских в Фэнхуа и Таньгао, где их переработали в обыкновенную бумагу, чтобы заворачивать мясо на рынке.

когда евреи — как богатые, так и бедные — скинулись, чтобы предложить Фердинанду Испанскому 600 тысяч дукатов в обмен на запрет инквизиции, великий магистр Святой конгрегации Сиснерос выплатил эту сумму королю из собственных денег. Тем легче понять, отчего столь многие подозрительные отделались увещеванием и «отпущением», тогда как других посылали на костер.

Последний, чрезвычайно пространный «Index Librorum Prohibitorum» («Индекс запрещенных книг») датирован 1966 г. и все еще имеет силу закона. В нем по-прежнему фигурируют «Опыты» Монтеня.

очевидцы [аутодафе] в Гранаде наблюдали, как превращаются в дым привозимые на тачках украшенные миниатюрами рукописи великолепного каллиграфического письма, тома с уголками и застежками из золота или серебра. Уничтожение — лучшее из зрелищ. Увиденное настолько поразило воображение, что и количество погибших изданий показалось умопомрачительным — от одного до двух миллионов.

...вторжение в Перу в 1881 г.: чилийская армия избрала библиотеку Лимы в качестве идеального места для своего расквартирования на три года, и добрая треть из 150 тысяч изданий пошла на повседневные нужды в отхожих местах.

Тео-Амокстли, свод священных книг тольтеков, собранный астрологом Хуматцином в Толлане (Туле) около 660 г., свидетельствует о существовании очень древних текстов в Гватемале. О них упоминает Лас Касас — по общему мнению, защитник индейцев, который тем не менее с восторженным рвением сжигал все найденные им манускрипты как «создания демона».

Хуан Зумаррага, епископ Мехико, затем великий инквизитор заморской Испании, между 1536 и 1543 г. совершил деяние, которым гордился, — сжег все ацтекские кодексы, каким-то образом уцелевшие при пожарах Кортеса. Все тоналаматль, священные книги, собранные его агентами или находившиеся в амокскалли, архивных хранилищах.