Untergang eines Herzens

Жестокая боль время от времени еще впивалась в его тело, потом отпускала, но другая боль все сильнее сдавливала виски; мысли, словно твердые, острые, раскаленные кремни, нещадно жгли лоб. Только бы забыться теперь, ни о чем не думать! Старик расстегнул сюртук и жилет; неуклюже, бесформенно выпячивался большой живот под вздувшейся сорочкой. Он осторожно нажал рукой на больное место. «Только это — я, — подумал он, — только то, что болит там внутри, под горячей кожей, и только это еще принадлежит мне; это моя болезнь, моя смерть… только это — я… нет уже ни коммерции советника, ни жены, ни дочери, ни денег, ни дома, ни конторы… осталось только то, что я сейчас осязаю пальцами, — мой живот и жгучая боль внутри… Все остальное — вздор, не имеет больше никакого смысла… а эта боль — только моя боль, и эта забота — только моя забота… Они уже не понимают меня, и я не понимаю их… я совсем один, наедине с самим собой — никогда я этого не сознавал так ясно. Но теперь, когда смерть уже гнездится в моем теле, теперь, я чувствую… слишком поздно, на шестьдесят пятом году, когда я скоро подохну, а они, бесстыжие, танцуют, гуляют, шляются… теперь я знаю, что всю свою жизнь я отдал им, неблагодарным, и ни одного часа не жил для себя… Но какое мне дело, какое мне до них дело?… зачем думать о тех, кто не думает обо мне? Лучше околеть, чем принять их жалость… какое мне до них дело?..»

Мало-помалу, шаг за шагом, оставляла его боль: уже не так цепко, не так жгуче впивались в него свирепые когти. Но что-то чувствовалось, — уже почти не боль, а что-то чуждое, инородное давило и теснило, проникая вглубь...

"Для того чтобы нанести сердцу сокрушительный удар, судьба не всегда бьёт сильно и наотмашь; вывести гибель из ничтожных причин - вот к чему тяготеет её неукротимое творческое своеволие. На нашем невнятном человеческом языке мы называем это первое лёгкое прикосновение поводом и в изумлении сравниваем его невесомость с могучим действием, которое он оказывает впоследствии; но подобно тому как болезнь возникает задолго до того, как она обнаруживается, так и судьба человека начинается не в ту минуту, когда она становится явной и неоспоримой. Она долго таится в глубинах нашего существа, в нашей крови, прежде чем коснётся нас извне. Самопознание уже равносильно сопротивлению, и почти всегда оно тщетно."

Для того чтобы создать в человеческом сердце роковой надрыв,судьба не всегда прибегает к сильному размаху и резкому удару;из ничтожных причин вывести гибель-вот в чем находит удовлетворение ее неукротимое творческое своеволие.На нашем тусклом обывательском языке это первое легкое прикосновение мы называем поводом и в изумлении сравниваем его незначительность с той мощной и непреходящей силой,которая из него развивается;но подобно тому,как болезнь начинается задолго до того,как она обнаруживается,так и судьба человека возникает не в ту минуту,когда становится очевидной и сбывшейся:долго она таится в глубинах нашего существа,овладевая нашей кровью,прежде чем коснется нас извне.Самопознание уже равносильно сопротивлению,и тщетно оно-почти всегда