A Clockwork Orange

Однако сны, как мне когда-то говорили, сбываются с точностью до наоборот.

Я это серьёзно, бллин, совершенно серьёзно. Но то, что я делаю, я делаю потому, что мне нравится это делать.

И ты минут пятнадцать чувствуешь, что сам господь бог со всем его святым воинством сидит у тебя в левом ботинке, а сквозь mozg проскакивают искры и фейерверки. Ещё можно было pitt "молоко с ножами", как это у нас называлось, от него шел tortsh и хотелось dratsing, хотелось gasitt кого-нибудь по полной программе, одного всей kodloi.

И кстати, раз уж речь зашла о молениях, я с грустью понимаю, что и молиться за тебя бессмысленно. Ты уходишь в пространства, где молитва не имеет силы. Ужасная, ужасная штука, если вдуматься. Правда, в некотором смысле, избрав путь, лишающий тебя возможности этического выбора, ты определенным образом и в самом деле совершаешь выбор.

Ладно. Tshudnennko. Кто долго ждал своего часа, тот дождется.

это все музыка, понимаешь? я становлюсь как bezumni, когда какая-нибудь kisa поет, а ей мешают.

У них теперь такая позиция, чтобы плохих в хороших превращать.

Галстук такой, будто по нему ногами ходили, маска съехала, morder в пыли, и мы втащили Тема в переулок, где, послюнив платки, chutok его подправили, убрали кое-какую griazz. Чего не сделаешь ради дружбы!

Тебе не на что жаловаться, мальчик. Ты свой выбор сделал, и все происшедшие лишь следствие этого выбора. Чтобы теперь с тобой не случилось, случится лишь то, что ты сам себе избрал.

У мученика на алтаре Свободы есть определенные обязанности.

Когда человек плохой, это просто свойство его натуры.

Но больше всего веселило меня, блин, то усердие, с которым они, грызя ногти на пальцах ног, пытаются докопаться до причины того, почему я такой плохой. Почему люди хорошие, они дознаться не пытаются, а тут такое рвение.

Редкостное, можно сказать, удовольствие в наши дни встретить человека, который что-то читает.

И так по кругу до самого конца света - по кругу, по кругу, по кругу, будто какой-то огромный великан, какой-нибудь бог или gospodd все крутит и крутит в огромных своих ручищах voniutshi griaznyi АПЕЛЬСИН.

В юности каждый из нас похож на такую malennkuju заводную shtutshku.

Он вынул из кармана огромный обсопливленный платок и стал вытирать кровяные потеки, озадаченно на него поглядывая, словно думал, что кровь - это у других бывает, только не у него.