Бирюзовая зима

Я смотрела, как за окном кружатся снежинки. Деревья и крыши стали белыми, словно по волшебству. Первый снег в году. Такой чистый, такой невинный, такой мирный. Когда падает первый снег, есть в этом что-то магическое и очищающее. Словно весь мир обернули в вату и ничего плохого больше не произойдет.
Люди восхищались тем, что на улицах стало белым-бело, но для меня на всем лежала бирюзовая тень. Что бы я ни делала, думала я об Элиасе. Где бы я ни находилась, со мной всегда была наша история, наша книга, в которой уже столько глав. Казалось, будто ее долго читали, а потом захлопнули и сунули на полку. В самый разгар действия. На самом чудесном месте.
Вроде бы столько всего переменилось с тех пор, как я здесь была, а присмотришься: все по-прежнему. Мои чувства к нему не остыли, печаль не утихла. Разве что я стала иначе справляться со своим горем.

– Если бы я не блевала полвечера, я бы тебя сейчас расцеловала, – объявила я.
Элиас засмеялся:
– Я тебе напомню об этом обещании.
Мое сердце забилось быстрее. Я отломила кусочек шоколадки и положила в рот. Элиас закрыл дверь и выключил свет. За окнами уже рассветало, комната тонула в светло-голубых сумерках. Тихими шагами он приблизился к кровати и забрался ко мне под одеяло. Я занервничала и сунула шоколадку куда-то в сторону. Она упала на пол.
– Ничего страшного, Эмили, пусть лежит, – сказал он.

– Ты сейчас хочешь шоколаду?
Я опустила взгляд.
– Если не трудно…
Он медленно покачал головой и пробормотал мягко:
– Эмили, Эмили…
Он обошел кровать и открыл верхний ящик тумбочки. Покопавшись, достал плитку шоколада и протянул мне. Я взяла шоколадку и нахмурилась.
– Кто же держит шоколад в прикроватной тумбочке? – повторила я вопрос, который он задал мне несколькими неделями раньше, когда я рылась в его тумбочке в поисках сладкого.
– С тех пор как ты однажды его искала, он теперь всегда тут лежит.
Я не могла подобрать слов. Ну можно ли быть предупредительнее?..
– Если бы я не блевала полвечера, я бы тебя сейчас расцеловала, – объявила я.