Дама с жемчугом

Самая зыбкая в мире вещь-это нравственность,не подкреплённая золотом.

Но все эти строгие критики, превозносившие красоту госпожи Рурико и решительно осуждавшие ее поведение, не знали сердца этой женщины. Его знали только два человека: Наоя и Минако. И пусть ее осуждал весь мир, какой радостью было бы для нее узнать, что ее, погибшую подобно срезанному под корень пиону, поняли два самых любимых, самых близких для нее существа.

В эту ночь душа госпожи Рурико навеки рассталась, со своей прекрасной земной оболочкой. Движимая пламенными страстями и сгоревшая, словно факел, эта гордая душа без раскаяния и сожаления отлетела в мир иной.

Какая страшная пропасть пролегла между этими молодыми людьми, еще два года назад сиявшими молодостью и красотой, счастливыми и влюбленными!

Если Мина-сан еще может меня так любить, я никогда не буду чувствовать себя одинокой, хотя бы все люди на этом свете стали моими врагами.

Вы неспособны оценить любовь девушки с сердцем чистым, как жемчуг, который не следует менять на самый драгоценный камень. 

Ей вдруг почудилось, что отец протягивает ей свои сильные руки, манит к себе. В этих руках, быть может, жестких к другим, таилась безграничная любовь к дочери.

Светившаяся красотой и нежностью душа Минако была сломлена бурей, подобно цветущему весеннему саду, и в ней не осталось ничего, кроме мрака и горя.

Теперь у нее уже не было сомнений в том, что любимый ею человек тоже любит, только не ее, а другую женщину. И его признание прозвучало для Минако как смертный приговор. 

Сидя неподвижно в темноте, Минако чувствовала, как постепенно рассеиваются тоска и тревога, как едва слышные нежные звуки скрипки умеряют душевную боль.

Мужчина и две женщины, женщина и двое мужчин – сколько трагедий разыгралось на этой почве начиная с глубокой древности.

– Я хочу мстить за всех женщин с омертвевшими душами.

Она была настоящим чудовищем, вампиром, жаждущим крови, дьяволом в облике ангела. Взывать к ее совести, пытаться направить ее на путь истины было так же бесполезно, как обучать демона христианской морали.

Ему очень хотелось поскорее увидеть свою кроткую, нежную Сидзуко. Как жаждут после рискованных приключений покоя и отдыха, так жаждал Синъитиро, разочарованный и опустошенный, семейного уюта.

Зато теперь Синъитиро по-настоящему понял, насколько скромный полевой цветок лучше роскошного, но ядовитого растения. 

Прощаясь с госпожой Рурико, он словно бы прощался с необыкновенным счастьем, подобно заре занявшимся в его жизни. Суливший столько наслаждений роман неожиданно оборвался. 

Через двадцать лет все современные произведения, высокохудожественные с вашей точки зрения, будут восприниматься как самые заурядные. Нельзя рассматривать литературу вне связи ее с эпохой.

Ослепительно красивая госпожа Рурико с видом королевы удобно расположилась в глубоком мягком кресле, окруженная, будто Солнце планетами, молодыми людьми, устроившимися на стульях в самых разнообразных позах.

Если при восхождении на гору кто-нибудь отстанет на одно или два тё, ему можно крикнуть, подать знак рукой, если же на двадцать или тридцать те – сделать ничего нельзя. Так и Синъитиро ничего не мог сделать с Сидзуко, ибо чересчур велика была между ними разница и в духовном и в умственном отношении.