Головна героїня, 12-річна Симона, має маму-ілюстратора, яка на її судження не справляється з материнськими функціями. Дівчина у агресивній формі виражає своє обурення, ще й неприязнь і злоба поселяються всередині. Та й вітчим Інґве, обранець мами, не до вподоби. Єдина розрада для малої бешкетниці - пес Кільрой і дідусь.
⠀
Все закручується при переїзді сім'ї - Симона змінює школу, де її сприймають як хлопця. Тут неприємності й оказії переслідують дівчину на кожному кроці. З деяких пригод їй все ж таки вдається випутатись легко, без жахливих наслідків.
⠀

⠀
Приємно і зворушливо у книзі зображено спілкування онуки з дідусем, який її багатьом речам навчив, який був для неї добрим мудрим Богом. З ним пов'язано доволі багато ніжних спогадів. Ця лінія у книзі віє теплом і спокоєм. Звичайні речі набувають кольорів, проблеми видаються несуттєвими.
⠀

⠀
Суперечлива книга, неоднозначні емоції залишила. Як на мене, зовсім недоречний момент ночівлі у Криївці з Ісаком - новий однокласник і закоханість Симони.
Та загалом історія завершується хепі-ендом, вибрики і пустощі пробачені.

Давно не читала таких детских книг. Приятно было окунуться. Чем-то напомнила мне мою любимую книгу из детства "Пеппи Длинныйчулок", а в отношениях с дедом - "Мой дедушка был Вишней" Анжелы Нанетти.
Добрая, уютная, местами веселая, местами грустная история о семье с чудинкой.
Повесть об одной совершенно "дикой" неделе из жизни простой шведской девочки-подростка, которой не успело исполнится 12 лет, как на нее столько всего свалилось за столь короткий промежуток времени! Тут вам и переезд, и новая школа, и новый образ, новые друзья, перемены в семье и даже первая любовь.
За исключением двух шокирующих меня моментов, мне очень понравилось. Рекомендую читать всей семьей
Немного тяжело было читать ее после спектакля, тк в голове были образы, созданные актерами и режиссером, основные моменты я уже знала и интриги не было, но. Я рада, что познакомилась с этой историей. Как в театре так и в книге.

Когда я училась в школе, моя классная руководительница читала нам вслух "35 кило надежды" Анны Гавальды. Французских современных авторов я на дух не переношу, но история про маленького мальчика задела меня своей искренностью и какой-то непостижимой откровенностью. До сих пор вспоминаю свой вздох облегчения, когда стало понятно, что дедушка главного героя не умер от болезни!
Ну вот. Пожалуй, больше ни одна книга о детях не понравилась мне так сильно, как "35 кило надежды" (а "Мой дедушка был вишней" вообще показалась отвратительной). С "Чудаками и занудами" вышла похожая история - повесть получилась слишком надуманной, чтобы нравиться взрослым, слишком пошловатой, чтобы могли читать дети и слишком пресной, чтобы полюбиться подросткам.
Кроме того, уважаемый автор безбожно проехался по всевозможным штампам - противный отчим, девочка, выдающая себя за пацана, пропавшая собака, сумасшедшая (словно сошедшая со страниц книг Жаклин Уилсон!) мама. И, конечно, картину завершает образ умирающего дедушки. Причем не просто умирающего, а собирающего друзей на мероприятие по поводу своей предстоящей кончины и вечно готовящего дочь и внучку к тому, что они скоро окажутся без старика.
Я понимаю, что отношения между внуками и дедушками - это тема, которая может прошибить слезу даже в самом черством читателе. Но, по-моему, некоторым писателям еще предстоит научиться с ней обращаться.
Ставлю твердую тройку и надеюсь, что другие произведения автора мне понравятся больше!

Мне книга безумно понравилась.

И послевкусие осталось, и улыбка, и вообще, это именно та редкая бочка с мёдом, в которой дёгтя не было. Она напомнила мне времена, когда я, будучи первоклашкой, кое-как подделывала мамин почерк и, используя разрешения «от мамы», брала в библиотеке книжки для среднего школьного возраста. Такие же ощущения были — ну, знаете, озорные что ли, когда внутри всё сжимается и тебя подхватывает ветер и несёт куда-то на встречу новым (чужим) приключениям.
А потом ты такой: «Опа, а чё это было-то вообще?» — а на губах сияет улыбка.

Не было кочек и резких поворотов (были, конечно, но я не про них), а ещё я, оказывается, стопроцентная чудачка, как и моя матушка. И то ли это у меня какое-то неправильное понимание того, что такое эротика, то ли ещё что, но эротических сцен я в этой книжке не увидела. Ну, подумаешь, девочка увидела у мальчика член в лучах утреннего солнца и сравнила его с рогаликом. Ну и что такого в этом? А потом мы удивляемся, почему это новое поколение ещё более сексуально зажатое и ханжеское, чем наше (я говорю о большинстве, не о всех). Будьте проще!

И, за неимением собственных детей, я обязательно прочитаю эту книгу своему маленькому братику, когда он ещё немного подрастёт, потому что она такая бойкая и унисекс, и вообще замечательная.

В общем и целом на свете много странных людей. Наверное поэтому они любят читать книги про других странных людей, особенно потому, что так становится яснее, что они сами не такие уж и странные. Поэтому многие писатели используют людскую чудаковатость своих персонажей чуть ли ни как аксиому успеха книги и интереса читателей. Чем необычней, тем лучше. Однако в противовес к делению автором людей на чудаков и зануд, я бы хотела предложить другую классификацию странных людей. Есть долбанутая чудаковатость, есть, на удивление разумная, есть приятная, есть нарочитая. Герои этой книги нарочито долбануто чудаковаты. Чудаковатость притягивает внимание читателей, долбанутость отталкивает многих прочитавших. Герои в других книгах этого автора приятно чудаковаты, что говорит не в пользу конкретно этой книги. Автор чудики и психи это разные градации ненормальности. Не надо перебарщивать, это не вам не к лицу! И детская порнушность тоже.