Цитаты из книги Пятая волшебница

— Останется ли аура вокруг Тристана навечно? — спросил Верховного мага король, и в его обычно властном голосе прозвучали нехарактерные нотки тревоги и даже какой-то робости.

«С чего же начать? — Вига одолевали тревожные сомнения. — То, о чем я сейчас поведаю, многое изменит в жизни этих людей».

Лендиум, родной город Наташи и столица провинции Эфира, располагался к северу от Таммерланда, у подножья гор Толенка.

Наташе предстояла аудиенция у королевы Морганы, а после этого — участие в подготовке к предстоящей церемонии отречения и коронации.

Тристан пытался разобраться в своих чувствах. Мысли о Вечности породили ощущение печали — и огромного долга перед сидящим рядом с ним магом и всеми жителями Евтракии.

Сколько принц себя помнил, у него всегда создавалось впечатление, что мужчины с «одаренной» кровью от природы могущественнее женщин, обладающих тем же даром.

Маг кивнул на сломанную ветку дуба.

— У тебя вся одежда в грязи, — холодно заметил он. — В этом причина твоей задержки?

Чувствуя себя предельно глупо, Тристан тем не менее вздохнул с облегчением; эта тема казалась ему гораздо безопаснее разговора о пещере и водопаде.

Вигу и так предстояла сегодня вечером трудная задача — сообщить королю и Синклиту о столкновении с охотником за кровью и о том, что принц обнаружил Пещеру.

Принц легко вскочил в седло и углубился в лес. В тех местах, где он вытирал руки о штаны, были отчетливо заметны красные полосы.

Озорник тут же забил копытом.

— Ну да, меня не было слишком долго, — произнес Тристан с нежностью. — И прекрасно знаю, что ты страдаешь от жажды, — он провел рукой по густым, длинным волосам и бросил последний взгляд на каменную стену. — Я, кстати, тоже. Но здесь мы с тобой пить ничего не будем.

Будто повинуясь чьему-то приказу, принц вскочил со ступеней.

Когда сознание окончательно прояснилось, Шайлиха поняла, что лежит на мягкой траве.

Сегодня вечером в тронном зале должна была состояться репетиция церемонии с участием всех членов королевской семьи и магов Синклита.

И сейчас все эти люди трудились не покладая рук, готовясь к церемонии отречения от престола ее отца, короля Николаса, и коронации Тристана. Это было событие огромной важности, которого все до одного жители Евтракии ожидали с большим нетерпением. Подготовка к нему длилась уже не один месяц.

У принцессы на миг перехватило дыхание, но, поразмыслив над словами мага, она вынуждена была согласиться, что, скорее всего, тот прав. Хотя брат никогда не признавался ей в чем-либо подобном, Шайлиха могла бы и сама догадаться о том, что Тристан ведёт себя вызывающе просто потому, что не хочет быть королём.

Тристан подумал о жизни королевского двора, в которой явно не хватало простоты и соразмерности. Здесь же, в Оленьем лесу, каждое живое существо, казалось, знало и, что более важно, без возражений принимало свое место в величественном течении Вечности.

А потом у принца буквально перехватило дыхание.

Но влюблен Тристан не был ни разу.

Ни одна из женщин, с которыми принц до сих пор встречался, не вызвала у него желания иметь с ней ничего, кроме короткого романа.

В результате, ко все возрастающей досаде родителей и Синклита, многие, очень многие из этих дам оказывались у Тристана в постели.

Трещина на ветке стала еще глубже.

«Пусть мне хватит еще двух взмахов, — взмолился принц. — Вечность, молю тебя — всего два!»

Он отпустил ветку на втором взмахе, и в то же самое мгновение та отломилась от ствола, повиснув на полосках коры.