Пятая волшебница

— Куда еще вам было направляться, как не в Цитадель? Но нам важно было точно знать, когда и каким образом вы проникнете сюда. — Карие глаза волшебницы светились от удовольствия. — Ну, и мы кое-что придумали. — Она помолчала, наслаждаясь тем, какой эффект на Тристана произведут ее следующие слова. — Решили использовать для своих целей одну очень миленькую галлиполаю.

Виг наклонился над столом.

— Гелдон знал о том, что готовится нападение на Евтракию?

— Знал.

— Тогда почему он не предупредил тебя, несмотря на вашу дружбу? — возмущенно воскликнул Тристан.

— Он не смог. Перед нападением на Евтракию обстановка в Цитадели — замке, из которого волшебницы управляют Пазалоном, была крайне напряженной. Сакку никуда не отпускала его и не посылала за пределы Цитадели, и он не имел возможности отправить мне сообщение.

— Я, разумеется, стараюсь проверять каждое слово Гелдона. — Феган помолчал в задумчивости. — Даже огромное колесо не сможет вращаться без маленькой втулки.

Совершенно ошеломленный, принц откинулся в кресле. «Они пытают Шайлиху, — билось в его сознании. — А я теряю время, рассиживая здесь за трапезой в обществе старого безумного мага».

— Со временем я, как видишь, частично исцелился, а в благодарность за помощь пообещал гномам, что останусь жить здесь и буду защищать их. — Феган перевел взгляд на принца. — Ментальные пытки, которые они ко мне применяли, носят название «фантомных страданий». — Он помолчал, давая собеседнику возможность вникнуть в смысл сказанного; теперь ему предстояло сообщить Тристану то, что, без сомнения, отзовется в его душе мучительной болью. — Именно эту пытку волшебницы сейчас применяют к твоей сестре.

Принц впервые получил возможность как следует разглядеть женщин-гномов.

Оживленно переговариваясь друг с другом, служанки внесли супницу, большое серебряное блюдо с овощами и второе, поменьше, с зажаренными на вертеле евтракийскими фазанами в соусе.

Ф-Е-Г-А-Н.

«Это совершенно невероятно!» — не веря своим глазам, подумал принц.

Бабочки спокойно сидели на мраморных буквах, как будто ожидая следующего вопроса, медленно взмахивая просвечивающими разноцветными крыльями.

Оставалось только ждать приближения темноты и надеяться, что жизнь не покинет принцессу до того, как у первой госпожи Шабаша появится возможность проявить свое искусство.

— Шеннон, у вашего поселения есть название?

— Конечно, — ответил тот. — Древесный Город. Просто и точно, верно?

Взгляд принца остановился на ограждениях домиков. «Наверно, это для защиты от берсеркеров», — подумал он.

Держа младенца на ладонях, призрачные лазурные руки медленно поднялись и растаяли в ночном небе.

И вновь Каприз разразился завываниями ветра, молниями и громовыми раскатами, еще более яростными, чем после гибели Шабаша.

На следующий день в окрестностях Цитадели заметно похолодало, ветер гнал по небу серые облака, дождь поливал скалистые утесы острова.

Глядя на нежное лицо галлиполаи и чувствуя, как по щекам снова текут слезы, принц подхватил ее тело на руки и шагнул в сверкающий лазурный водоворот.

Крылатые воины встали. Принц понимал, что здесь находилась только небольшая часть Фаворитов.

— Тебе не мешает вспомнить, что королевской гвардии больше не существует, и трудно сказать, что нас ожидает по возвращении на родину, — прошептал на ухо Тристану маг. — Обстоятельства изменились, и нам остается лишь измениться в соответствии с ними. Это будет невероятно трудно, но постарайся, чтобы твоя ненависть к Фаворитам не влияла на то, что ты делаешь.

Нарисса улыбнулась в ответ, но не сказала ни слова. В этом, однако, не было необходимости, принц и так понимал, что она чувствует.

Получив приказ Фейли найти помогавших Избранному заговорщиков, крылатые воины, по-видимому, уже давно хозяйничали в Гетто.

Совсем скоро портал Фегана откроется в доме Иана, и именно там им надлежало быть, невзирая на возможную опасность.