Історія пана Зоммера

Аристотель писал, что философия рождается из удивления. Однако в случае с Патриком Зюскиндом, «фантомом немецкой литературы» и самым знаменитым затворником после Сэлинджера, творчество рождается не столько из удивления, сколько из глубокого, патологического страха перед контактом с реальностью. Зюскинд, который избегает интервью и фотокамер с усердием, достойным шпиона, всю жизнь исследует анатомию отчуждения. Автор бессмертного «Парфюмера» известен своим клиническим интересом к аутсайдерам, маньякам тишины и гениям одиночества. Рассматриваемая нами «Повесть о господине Зоммере» представляет собой мозаику человеческих неврозов, где каждый осколок — это маленький шедевр экзистенциального ужаса или иронии.

Повесть, рассказанная от лица взрослого, вспоминающего свое детство в немецкой провинции. Сюжет сфокусирован на загадочном соседе, господине Зоммере, который никогда не сидит на месте. Он ходит пешком с утра до ночи, в любую погоду, с пустым рюкзаком и длинной палкой. Параллельно мы видим взросление рассказчика: мечты, его первую любовь, уроки игры на пианино, попытку суицида. Жизни мальчика и странного пешехода пересекаются всего несколько раз. Кульминация наступает, когда мальчик видит, как Зоммер заходит в озеро и идет на дно, не пытаясь спастись. Конфликт произведения — это соприкосновение наивного детского мира с бездной взрослого экзистенциального отчаяния, которое невозможно выразить словами.

Зюскинд формулирует императив уважения к чужой тайне. Фраза Зоммера: «Да оставьте же вы меня наконец в покое!» становится лейтмотивом книги. Автор показывает, что у каждого человека есть свой невыносимый груз (клаустрофобия бытия у Зоммера), и единственное, что мы можем сделать — это быть молчаливыми свидетелями, не вмешиваясь.

Die Geschichte von Herrn Sommer. Фамилия Sommer означает «Лето». Это горькая ирония: лето ассоциируется с жизнью, теплом и каникулами, но господин Лето несет в себе холод смерти. История этого человека — это тень, падающая на солнечное детство рассказчика.

Атмосфера произведения акварельная, как и иллюстрации Жан-Жака Семпе к повести, ностальгическая, слегка напоминающая прозу Брэдбери, но с немецкой сдержанностью. Подтекст — тема суицида как освобождения, которая проходит красной нитью через творчество Зюскинда.

К повести я подбиралась 9 лет, я не самый быстрый бегун в книгах, которые посоветовали.

Сюрреалистическая повесть из уст мальчика, а затем того же героя подростка, который описывает жителей своего городка и соседнего, чтобы отобразить своё и чужое одиночество..?

Главной загадкой выставляется господин Зоммер, который проживает в том же городе со своей женой, эта пара бездетна, жена делает детские куклы, а господин Зоммер каждый божий день выходит из дома с рюкзаком и палкой, рассекая окрестности, даже если это будет 40-50 километров в день, и так изо дня в день, даже после смерти жены.

Мать главного героя считает, что это клаустрофобия и поэтому господин Зоммер не может сидеть на месте или в своей комнате, и всё это ещё больше интригует мальчика, который не до конца понимает ни о понятии, ни о смысле таких ежедневных "прогулок".

От господина Зоммера никто и никогда не слышал каких-либо чётких выражений, читатель знает только несколько вещей:

• мальчик в детстве упал с дерева и всё это может быть фантазией;

• либо всё это правда, и вся суть прогулок может быть в том, что война не так давно закончилась и возможно человек просто испытывает стресс.

Нигде не раскрывается правда, никто ничего не рассказывает, единственное, что может делать читатель: наблюдать с интересом и придумывать разгадку сам. Правда, никто и не говорит нам, что рассказчик надёжный, ибо каждая новая ситуация из жизни мальчика берётся с бухты барахты и текст буквально прыгает, как и его мысли.

Не могу сказать что недовольна чтением, но и что я оным довольна - тоже не скажу.

Повесть можно просто прочитать, она короткая, а разгадку и чувства, которые хочешь испытать - придумать самостоятельно, это всё автор оставляет на волю читателя, и, полагаю, это и есть огромный плюс произведения.

Идея создания этой истории идёт корнями в детство Патрика Зюскинда. Он родился в маленькой деревушке Амбах неподалёку озера Штарнберг ( Starnberger See). Когда ещё мальчишкой будущий писатель ходил в школу, он встречал одного и того же спешащего прохожего, которого он в мыслях окрестил господином Зоммером. А Штарнбергзкому озеру отводится особая роль в повествовании.

В одном баварском селе Унтернзее появился мужчина с женой - это господин Зоммер. И это всё, что знают о нём жители деревни, ведь мужчина ни в какую не идёт на контакт с окружающими. Кто он? Откуда? Кем работал? Даже имени его не упоминается до последнего. У господина Зоммера есть странное увлечение, которое не даёт покоя не только жителям села, а и у всего района. Господин  Зоммер идёт гулять по нескольку десятков километров в день. Он уходит ранним утром и возвращается поздним вечером: и в летний зной и в проливные дожди. Господин Зоммер не просто идёт, а как будто бежит от чего-то.

На самом деле в повести господину Зоммеру уделено не так уж много внимания. Повесть рассказывается от первого лица — мальчиком, который так и останется безимянным.  Герой — ребёнок, который наблюдает мир, не всегда понимая его, но всё же пытаясь осмыслить. С каждой страницей он взрослеет, начинает замечать больше. Повествование кажется легкомысленным, наполнено забавными, иногда нелепыми эпизодами из детства рассказчика: от уроков музыки у фройляйн Функель до первых влюблённостей и школьных неудач. При этом господин Зоммер остаётся скорее загадочной второстепенной фигурой, которая тем не менее сильно его впечатляет.

Кто такой господин Зоммер и почему он себя так странно ведёт? Зюскинд даёт читателю большое поле для интерпретации. Кто передо мной: человек, который не в силах справиться с внутренней болью, чувством вины, травмой или, возможно, даже психическим расстройством? Его непрекращающаяся ходьба — это своего рода бессмысленное сопротивление жизни, попытка убежать от прошлого, от общества или от самого себя? Тут уже каждый додумывает сам. У меня были надежды на грандиозногое разоблачение, но зная, как отрешенно живёт Патрик Зюскинд, подозрения были, что концовка окажеться именно такой.

Патрик Зюскинд до недавнего времени в моей голове занимал нишу, в которую я отсылаю писателей, что называется, ни рыба, ни мясо, по моим представлениям. Опять же, столь обширный творческий охват, с одной стороны которого стоит "Контрабас", а с другой - "Парфюмер", не может не вызвать какого-то беспокойства. Я помню, в свое время ходили на "Контрабас" с Райкиным, достаточно яркая вещь, хотя вспоминается больше впечатления, чем сюжет. И - "Парфюмер", который ни смотреть, ни читать не собираюсь по причине эпатажности и неприятия темы романа, при этом нельзя отказать человеку в таланте.

И вот - совсем небольшая повесть, в которой рассказчик выступает в лице мальчика и три его встречи с господином Зоммером, в которой драма человека тлеет, тлеет, и уходит вместе с ним под воду. Зоммер, несмотря на то, что его именем названа повесть, он как зарисовка, не чувствуется, что эта повесть посвящена ему. Этакий ход, за счет которого убирается вся выпуклость человека, о котором мы думали и будет рассказ, а на передний план выходит сам мальчик, с его детскими и позже чуть более взрослыми, но все такими же наивными представлениями. Встреча с человеческой несправедливостью в виде немного гротескной фигуры пожилой учительницы музыки вызывает не смех, а возмущение, даже ее оплошность в виде незамеченной ею некоей физиологической субстанции. Но эти ее всплески, как то, что будет встречаться каждому уже и во взрослом виде, а мы все также будем возмущаться, сердиться, и пытаться примириться с этим. Зато еще одна фигура в виде очень древней мамаши учительницы, как почти эфемерное существо, в которое не совсем верится, особенно ребенку, но как каждый ребенок представляет что-то себе подобное в фантазиях, мир реальный, с которым сталкивается ребенок, уравновешивается этой почти нереальной старухой. Вроде такая простая история, но определенно в ней что-то есть, не говоря уже о воспоминаниях детства, которых прозвучали именно так. И этим можно любоваться. Можно ужасаться финалом. Можно жалеть Зоммера. А можно просто оценить неплохую вещь.

Зюскинд - это, в первую очередь, "Парфюмер", леденящий кровь и вызывающий рвотные спазмы. Но Зюскинд - это еще и пьесы, и небольшие повести, и рассказы. Такие как "Повесть о господине Зоммере".
Некоторые, прочитав историю о нелюдимом создателе духов, не воспринимают на ура другие произведения. Так получилось и со мной. Подумаешь, очередной мальчишка в очередном городе рассказывает читателю о том, что происходит вокруг. Люди живут своей жизнью, детство - волшебная пора и, казалось бы, невзрачные люди производят неизгладимое впечатление на подрастающее поколение. Зоммер, нелюдимый Зоммер, произносящий всего лишь одну усталую и отчаянную фразу - блеклый герой, постоянно куда-то спешащий. Скучный, о нем даже скучно читать.
прочитала повесть и спустя время точно забуду. А вот "Парфюмер" в памяти остается.

Начало этой чудесной повести мне, естественно, напомнило о моём детстве. И лазание по деревьям являлось неотъемлемой его частью. Как, впрочем, и лазание по трубам. Хорошо помню дерево, на верхушку которого можно было забираться по забору-сетке. И сидеть там потом... Не знаю, в чём глубинный смысл того, чтобы лазать по деревьям, но это, безусловно, весело. И даже еда, съеденная на дереве, казалась вкуснее.

Обидно, что с какого-то возраста по деревьям вдруг становится нельзя лазать, хотя меня, например, больше расстраивает тот факт, что мне уже нельзя кататься с горок. Точнее, навряд ли мне кто запретит скатиться с большой снежной горы, а вот для детских горок я уже, увы, не подхожу. Странно, кстати, не правда ли: лыжи считаются "серьёзным" видом спорта, на них могут кататься и взрослые, и дети, а вот скатиться с горы на ледянке, что в тысячу раз проще и веселее, для взрослого почему-то считается немного странным.

Ну вот, опять я отвлеклась и разболталась о горках и своём детстве! А, впрочем, если автору можно, разве мне - нет?

Некоторые удивляются, почему в "Повести о господине Зоммере" так мало самого господина Зоммера. Что ж, на мой взгляд, если бы книга называлась, к примеру, "Повесть о Наполеоне" или хотя бы "Повесть о коте", было бы понятно возмущение читателей: они интересуются биографией французского императора или просто обожают котиков, а им вместо книги на их любимую тему подсунули неизвестно что. Но неужели где-то существует клуб почитателей людей по фамилии Зоммер? И книгу они начали читать именно из-за названия, поэтому им так принципиально было важно прочесть именно историю жизни господина Зоммера, а не детские воспоминания рассказчика? И, если уж говорить начистоту, господина Зоммера в книге вполне достаточно.

А герой этот, не скрою, весьма интересный и символичный. Он постоянно на ногах, всё время идёт вперёд - и в снег, и в град, и в дождь. И когда окружающие лезут к нему со своими вопросами, советами, с попытками помочь, не зная, что сделают только хуже, то слышат в ответ нечто бессвязное, либо, как в случае с нашим героем: "Ах, да оставьте же меня наконец в покое!". И это, пожалуй, как раз то, чего так не хватает современному обществу, - умение просто оставить в покое человека, который ничем тебе не мешает.

P.S. Иллюстрации чудесны. Не буду оригинальной в своём пожелании, но всё же советую читать книгу именно с ними. Есть в них нечто такое цепляющее...

Ну, как перевести мадам и мадмуазель?
Ужли сударыня!!

Про перевод.

С этим, на мой взгляд, минусом я уже однажды сталкивалась во время чтения Мопассана - употреблением слов "барышня" и "госпожа". В оригинале у Зюскинда, я так понимаю, были "фройлен" и "фрау".

Всё-таки слово "барышня" устаревшее, да ещё и приобретшее негативную окраску, а "госпожа" - обращение, которое в настоящее время употребляется по отношению к любой женщине вне зависимости от её семейного положения. Так что эти слова не являются полными аналогами "фройлен" и "фрау", в то время как "господин Зоммер" как раз может считаться таковым по отношению к немецкому "герр Зоммер".

Для сравнения: в тексте детской книжки "Мурли" встречается слово "юфрау", внизу дана сноска с объяснением значения этого слова, и, к счастью, переводчица не стала изощряться, выдумывая "барышню Мурли". И, надо сказать, "менеер" по отношению к мужчинам в книге тоже используется.

Сейчас многие женщины вообще выступают против таких обращений, которые заставляют их выдавать информацию о своём семейном положении, так что слова "мадемуазель", "мисс" и т.д. уже исчезают из официальных документов и, возможно, скоро станут архаизмами и совсем уйдут в прошлое, точно так же, как устарело слово "барышня". Поэтому в книге, где слово "мадам" является обращением к любой женщине, перевести его как "госпожа", в принципе, возможно. Но даже и там для сохранения колорита произведения "мадам" иногда стоит и оставить.

"Повесть о господине Зоммере" очень подходит для прочтения в сегодняшнюю погоду. С первого взгляда кажется, что от нее должно создаваться ощущение легкости и непринужденности.
⠀
Детские воспоминания, аромат осени из глубинки, в котором смешаны жухлые листья и запах мокрой земли. Детская влюбленность. Хохочущая девочка в ярком сарафане. Свежеокрашенный велосипед, с которого влетаешь лицом в забор.
⠀
Все эти детали так и норовят вызвать ностальгию. Но что есть мистер Зоммер?
⠀
Забытая и потерянная в мире душа. Как тоненькая аллегория — человек, который каждый день выходит из дому и, рассекая ботинками день, идет, идет, идет...
⠀

⠀
Читаю и чувствую в коленях всю тяжесть шага. Ощущение растерянности растекается по всем мыслям. Кажется, все мы иногда бываем Зоммерами...

кококо "парфюмер"! на этом про парфюмера всё.

а вот летит мальчик. ну то есть... ну, да. летит. ветер подгоняет в спину, полы куртки развеваются и хлопают, словно крылья, а ноги едва касаются земли. и если еще чуть сильнее разбежаться и как следует оттолкнуться - можно и взаправду полететь.
но сначала к ноге привязывают первый страх, потом, сразу же следом второй, третий, правила, обязанности, долг, нормы, необходимости.
и вот мальчик уже не летит, а хватает палку и уходит из дома, чтобы целыми днями ходить-ходить с рюкзаком за спиной.
мне кажется, я поняла что гнало господина зоммера в поля. не клаустрофобия, нет. он хотел вернуть себе ту возможность летать, которая теряется абсолютно незаметно, зато навсегда. и палка была нужна, чтобы оттолкнуться хорошенько, как следует.

Флэшмоб 2011 книга третья. По совету veronikai .(ей спасибище)
Небольшая повесть рассказ от лица маленького мальчика, который уже не мальчик.=)
Совершенно не напомнило Бредбери, скорее какие-то старые советские книги про школьников, не знаю почему. Сама книга оставляет очень приятное послевкусие, и лично мне очень напомнила ситуацию(она написана в таком стиле и духе), когда маленький ребенок забегает в комнату, хочет что-то рассказать, начинает и тут его уносит совершенно в другую степь, потом он возвращается к теме рассказа, а потом его снова уносит. И пускай некоторые события довольно трагичны(а может это к лучшему), а некоторые просто отвратительны(я про училку музыки), но в целом это только добавляет прелести.
Зюскинд открылся для меня совершенно с новой стороны.
ЗЫ: и вообще у меня пока все книги во флэшмобе со знаком плюс,тьфу тьфу тьфу!

Патрик Зюскинд с моей точки зрения массового читателя - кто-то навроде Гюстава Флобера. Заявлял же тот: "Я - мадам Бовари!" Вот и Зюскинд может смело сказать о себе: "Я - парфюмер!" Не повезло, что тут скажешь - раскрученная экранизация с экзистенциальным сюжетом и шлейфом в виде узнаваемых примет из разрозненных осколков фраз, ставших мемами ("Ну ты... парфюмер!" - "Да, прям Жан-Батист Гренуй!"), как-то изымает из сознания тот факт, что Зюскинд является автором и других произведений. И произведения эти теперь просто обречены издаваться с привлекающей внимание потенциального покупателя надписью "от автора бестселлера "Парфюмер". Тот факт, что надпись бессмысленна, поскольку один и тот же автор зачастую просто неспособен - а если он ещё и настоящий литератор, то просто не хочет - выдавать на-гора однотипные "бестселлеры", в расчет не принимается.

А ведь "Повесть о господине Зоммера" хороша и без всяких рекламных ухищрений. Высказывалась кем-то мысль, что вот, мол, господин Зоммер - плод фантазии, а то и последствие травмы головы, полученной героем-подростком в результате падения с дерева; зря, что ли, так завлекательно описывался процесс лазания по веткам? Мне эта теория кажется несостоятельной, хотя бы потому, что одиночество в толпе не такой уж редкий феномен, знаете ли. Так что противопоставление жизни во всем её вкусе и цвете, с её радостями и огорчениями, и "мимопроходящего" господина Зоммера, который просит лишь одной милости - чтобы оставили его в покое, не кажется фантастической выдумкой. Жизнь подростка и без того описана очень живописно, присутствуют и мрачные тона; меня ни чуточки не удивляет тот факт, что рисунки Жан-Жака Семпе так органично сочетаются с повествованием. И везде фоном - как на рисунках, так и в сюжете - где-то там, маленьким фрагментом мозаики жизни мелькает крошечная фигурка господина Зоммера, которая ни разу не оказывается в центре, и только в последние моменты своего существования заслоняет все прочие детали.