Пьяно-бар для одиноких

Пьяно-бар, как бы ни было соблазнительно понять это буквально, - некое латиноамериканское подобие караоке. Питейное заведение с пианино и пианистом, который и споёт заказанное, и клиента пустит сыграть и спеть. Пьяных, конечно же, тоже не стоит исключать, их в книге множество. Да все, по правде, постоянно подшофе... Играет в баре гениальный пианист, не ставший, как мечталось, звездой, выступающей с концертами по всему миру. Но в Мексике, где находится бар, - он своего рода знаменитость.

Я завороженно следил за руками пианиста, у которого в жизни, по-моему, лишь одно предназначение, одна миссия — дарить ближним, как сказано в Библии, немного любви.

Бар тоже не из последних, разного рода известные люди, включая Хемингуэя и чилийского писателя Поли Делано (да, так между прочим авторы иногда попадают в собственные книги) захаживают и выпить, и послушать прекрасную музыку.

Кто-то из моих друзей, не помню кто, может и Эрнест, утверждал, что стакан виски легче идет в одиночестве и что одиночеству легче от стакана виски.

Постоянные клиенты, которые приходят каждый вечер, естественно - не устроенные люди, кому вполне нашлось бы чем заняться и дома, с семьёй. Пара чилийцев-эмигрантов, постоянно живущих с ощущением - "Зачем эти мазохистские экскурсы в потерянное прошлое, в эту «вытянутую в длину географию», которую у меня давно отняли?", бывшая звезда эстрады, в своём более чем почтенном возрасте по-прежнему изображающая юную деву, не слишком удачливый сценарист, юноша, выгнанный невестой накануне свадьбы за постоянные забеги налево, странный американец, явно не приемлющий всё окружающее:

Мне уже сильно поднадоело это заведение для нытиков, и даю себе слово, что сегодня последний раз трачу свои сентаво (жалкие сентаво, что остались после моего печального приключения) в обществе этих сентиментальных варваров.

Эта галерея портретов - из будущей книги пианиста, решившего, что раз он может играть, то и писать сможет не хуже. А что - сам Хемингуэй рассказывал ему о писательском деле:

Долг рассказчика — теперь я это знаю со слов Маэстро — все превращать в историю. Рассказывать не только затем, чтобы рассказывать, а чтобы сказать и что-то другое.

Столь гениально, как играть, у него не вышло. Тем более, что всё это творчество было для него, видимо, попыткой побега от болезненной и странной истории его любви к Ванессе, имеющей пару экстравагентных привычек: не спать с одним и тем же мужчиной больше одного раз и хоронить по воскресеньям резиновую куклу... Именно эти похороны, наверное, и напомнили о клипе чилийской группы Mon Laferte, а музыка в пьяно-баре совершенно необходима...

Моя душа превратилась в бездонный сундук, куда она складывала свои печали и обиды, в резонирующий ящик, который откликался на все ее стоны, всегда глубокие, горестные, в эхо, повторяющее ее слова, настоянные на злобе.

При всём надрыве, с которым рассказывается о персонажах, книга почему-то не тронула...

Я думаю, что такие бары существуют сплошь и рядом. И обязательно там есть гениальный пианист, стареющая блудная женщина с боевой раскраской и красными колготками, странные два типа, которые не поделили какой-то год и подрались, парень которого бросила девушка, карлица, поющая проникновенным голосом и еще всякие усачи.

И, всегда есть кто-то, кто о всех них напишет сборник рассказов. О тех, которые почему-то твердо уверены, что именно этот бар - единственное место, где их не будет ожидать очередной подвох судьбы.

Хорошо, когда в городе есть такой бар, куда могут прийти люди, у которых случилось какое-нибудь несчастье или они по жизни одиноки, а может почувствовали разочарование во всём. Здесь они могут пристроиться рядом с пианино, увидеть знакомые лица, таких же, как они, неприкаянных и посещающих этот бар из вечера в вечер, этим спасаясь и, может быть, меньше чувствуя своё одиночество, да и подходящая музыка в таком состоянии – это немаловажно. Вот и тянутся все эти люди в бар, где играет Хавьер, который мог бы быть великим музыкантом, а выбрал другой путь – играть в узком кругу для тех, кому плохо, тяжко и муторно, надеясь отвлечь их, дать им надежду: «Выше голову и помни: что нет бед, что живут сто лет», именно он их объединяет и притягивает своей музыкой.

У каждого своя история: старая проститутка, которая когда-то прекрасно пела; молодой человек, потерявший работу, и которого выставила за дверь любимая девушка; гомосексуалист, у которого увела друга карлица; американец, который больше не верит в скорую дружбу в этой стране; два чилийца-изгнанника, которых изводит мысль, вернуться ли они когда-нибудь в свою родную страну (бар находится в Мексике, сам автор провел там в изгнании около 10 лет – с 1974 по 1984, книга написана в 1983) и другие.

Жаль, что не в каждом городе есть такой бар, да и этот снесли, теперь он всего лишь воспоминание, призрак былого.

P.S. Читалось под концертники Tindersticks, не могу не привести описание чувств к этой группе, когда-то найденное в интернете (уж больно подходит к книге): «Знакомо ли вам чувство, возникающее в 2 часа ночи, когда кажется, что вес всего мира покоится у тебя на плечах, твоя любимая только что бросила тебя, ты докуриваешь последнюю сигарету, бредешь по пустынному центру городка и натыкаешься на грязный облезлый отель? Tindersticks - это группа, играющая в баре этого отеля.»