Гофман

С юных лет он мечтал о великом музыкальном произведении. Но стала ли таковым его «Ундина»?

Вы никогда не должны прекращать жить, пока не умрете, что с некоторыми случается, и вещь эта прескверна. -(Гофман, «Письма с гор»).

С некоторым удивлением Гофман отмечал в письме Кунцу: «Впрочем, вы сами, дорогой, видите, что я стал писателем, не приложив к этому особых усилий — все произошло словно само собой».

И действительно: хотя Гофман уже являлся автором значительного числа литературных произведений... литература все еще оставалась для него побочным занятием, тогда как своим главным делом, важнейшей целью, на достижение которой были направлены его усилия и тщеславие, он считал сочинение музыки.

Прочитав «Магнетизера», Жан Поль признался, что в своем предисловии слишком мало похвалил автора.

Когда Гофман прибыл в 1813 году в Дрезден, он был известен как автор, пишущий на музыкальные темы. Теперь же он стал литературной знаменитостью, которую с величайшим почтением принимали в Берлине тамошние литераторы.

Когда в конце 1814 года вышел «Золотой горшок», похвальных отзывов было с избытком. Особенно отмечали новый сказочный стиль, сочетавший в себе реализм и фантазию. Берлинские романтики, объединявшиеся вокруг Шамиссо и Фуке, к которым вскоре присоединится и Гофман, были в восторге.

Больший успех принесли Гофману два первых тома «Фантазий в манере Калло», вышедшие в начале мая 1814 года. Почти во всех значительных литературных журналах появились доброжелательные рецензии. Хвалили фантазию, глубокое понимание музыки, причудливую выдумку, иронию и занимательность изложения.

«В „Эликсирах сатаны“ заключается самое ужасное из того, что может измыслить дух. Сколь слаб в сравнении с этим романом „Монах“ Льюиса, написанный на ту же самую тему. Говорят, что в Гёттингене некий студент спятил, прочитав этот роман». -(Генрих Гейне).

[«Эликсиры сатаны»]. В сентябре 1815 года выйдет в свет первая часть, а весной 1816-го — вторая, написанная летом 1815 года. Публика охотно читала роман, но со стороны «серьезной» литературной критики он практически не нашел отклика.

["Эликсиры сатаны"]. Гофман рассказывает, как она доводит Медарда до раздвоения личности. До Гофмана еще никогда не показывали процесс развития шизофрении столь проникновенно, понятно, изнутри самого этого процесса.

["Эликсиры сатаны"]. «В нем я замахиваюсь на то, чтобы наглядно показать на примере причудливой, удивительной жизни человека, над которым силы небесные и демонические властвовали еще с рождения, все таинственные связи человеческого духа с высшими началами, сокрытыми повсюду в природе и способными блеснуть лишь иногда».

Иначе говоря, он [Гофман] собирался представить таинственную власть судьбы.

6 марта 1814 года Гофман приступает к написанию «Эликсиров». Ему понадобилось менее четырех недель... чтобы закончить первый том романа. Он был написан почти на одном дыхании. Позднее Гофман будет говорить об «особом настроении», в котором он писал роман...

...Карл Мария фон Вебер начнет в Дрездене свой стремительный взлет, а еще позже здесь взойдет звезда Рихарда Вагнера.

Наполеон является для Гофмана политическим магнетизером, богом пустых небес и нового времени, в котором справедливо сказанное им: «Политика — это судьба».

«Я думаю, что в то золотое время, когда род человеческий жил еще в ладу со всей природой, именно потому ни страх, ни ужас не преследовали нас, что в прочнейшем мире, в блаженнейшей гармонии всех чувств не было врага, способного причинить нам подобное». -(Гофман, «Зловещий гость»).

«В гении природа устанавливает правило». -(Кант).

«Необходимым разрушителем», несущим «Евангелие смерти», назвал Наполеона Адам Мюллер.

«Природа, которая его [Наполеона] сотворила и заставила действовать столь страшным образом, должно быть, немало потрудилась». -(Эрнст Мориц Арндт).