Сеть для миродержцев

Закон, Польза и Любовь, но приходит Господь, утверждая: "Я знаю, как надо!", и Польза становится главной - Закон Господа Кришны и Любовь к Господу Кришне ради Пользы Господа Кришны!

Сама жизнь изгоем прожила, понимать должна — оно вдвое поганее, когда жалость, как помои из тряпки, выжимают.

...до чего же мы все любим несчастных, ласково именуя их «несчастненькими»! Блаженный нас не устраивает — подавай блаженненького! Бедный раздражает голым задом и голодным взглядом? Зато бедненький в почете и утирает сальные губы. Даже малых сих вполне можно искушать, кто бы ни вопиял гласом громким о грехе этого почтенного занятия — но маленькие… О, маленькие — это же совсем другое дело!
Искушай малых всласть, но и пальцем не трожь маленьких!

...была ночь ночей, когда любая причуда судьбы принимается как должное.
Рубеж между возможным и неизбежным.

Превозносить, вместо того чтобы пытаться понять, — значит обидеть.

судьба изменчивей шлюхи — ту хоть за деньги купить можно, а эту мерзавку ничем не умаслить!

Твой выбор принадлежит только тебе, равно как и мой. Ты хочешь поделиться, получить совет — или переубедить меня? Люби кого хочешь, но не забывай всех, и не навязывай другим своего мнения!.. Особенно силой. Иначе это все, что угодно, но не любовь.

быстры, как волны, дни нашей жизни.

Раз лежит помету груда — значит, прилетал Гаруда.

Ритуал порой давит на плечи тяжелей боевого доспеха, потому что к доспеху можно привыкнуть, а навязшие в зубах церемонии можно разве что не замечать.

Ведь эта пакость била по сердцевине, по глубинной сути - бога ли, человека, не важно - по его Пути! Сильных, способных сопротивляться, тех, кто верен долгу и чист варной, это просто убивает, тех, что послабее, сводит с ума, остаются лишь выродки, подлецы и дураки, в ком отродясь не было того внутреннего стержня, который разрушает "Нараяна".

...обряд произнесения слова «свастика» был в данном случае неукоснителен.

Первые два слога — «свасти» — на благородном языке означали утверждение «хорошо есть!», а окончание «ка» (будучи одновременно первой буквой благородного алфавита) усиливало общее значение, как бы подводя итог, «и хорошо весьма!». Видимо, Тваштару изрядно нравилась собственная работа, если он после каждого дела восклицал на все мироздание:

— Хорошо есть, и хорошо весьма!

Словно ждёшь, что придёт он и всё исправит - а добрый дядя если и приходит, если возвращается из мрака прошлого, то лишь для того, чтобы сойтись с тобой в бою. И проиграть тебе так, что ты не сможешь простить ему этого до конца своих дней.