Из всех, кого я знаю, вы самый большой бурдак, - говорит Калак.
— А вы - самый большой финтихлюпик, - говорит Поланко. - Меня обзываете бурдаком, но видно, что сами-то никогда не глядели на свою рожу в зеркало.
— Вы, дон, хотите, видно, со мной подраться, - говорит Калак.
Оба смотрят друг на друга со зверскими минами. Потом Поланко вынимает из кармана мелок и пишет на полу "дурак".
— Вы самый большой бурдак, - говорит Калак.
— А вы самый большой финтихлюпик, - говорит Поланко.
Калак подошвой туфли стирает "дурака". Похоже, что они вот-вот сцепятся.
— Вы просто хотите со мной подраться, - говорит Калак.
— Вы стерли моего "дурака", - говорит Поланко.
— Стер, потому что вы обозвали меня финтихлюпиком.
— И опять обзову, раз уж на то пошло.
— Потому что вы - бурдак, - говорит Калак.
— Бурдак все-таки лучше, чем финтихлюпик, - говорит Поланко.
Поланко вынимает из кармана перочинный складной ножик и сует его под нос Калаку, который и бровью не ведет.
— Теперь, дон, вы мне заплатите за ваши слова, что я бурдак, - говорит Калак.
— Я вам заплачу за все и сотру всякого вашего "дурака", - говорит Калак.
— Тогда я выполощу этот ножик в вашей требухе.
— Все равно вы бурдак.
— А вы жалкий финтихлюпик.
— А такому бурдаку, как вы, надо стереть всех "дураков", хоть бы он вытащил ножик с шестью лезвиями.
— Я вам сейчас как всажу этот ножик! - говорит Поланко, сверля его взглядом. - Никто не сумеет стирать моего "дурака" и обзывать меня бурдаком.
— Виноваты во всем вы, вы первый меня обозвали, - говорит Калак.
— Нет, первый обозвали вы, - говорит Поланко. - Тогда я, как положено, обозвал в ответ, а вы мне стерли "дурака" и еще обругали бурдаком.
— Да, обругал, потому как вы первый меня тронули.
— А вы зачем мне стерли "дурака"?
— А потому, что вы на меня смотрели зверем, и я не позволю обзывать себя финтихлюпиком, хоть бы и тыкали мне ножик под нос.
— Ну ладно, ладно, - говорит Хуан. - Это похоже на конференцию по разоружению в Женеве, говорю как очевидец.