Цитаты из книги An American Tragedy

Она пошла достать их. Но Клайд видел, что даже его замечательный подарок не мо жетрассеять уныние Роберты, вызванное его равнодушием. Его неизменная любовь была бы для нее несравненно дороже всех подарков.

Что может дать ему Роберта? Можно ли сравнить ее по красоте и положению в обществе с Сондрой! Разве хорошо будет со стороны Роберты, если она станет требовать и ждать, чтобы он по-прежнему был занят только ею и отказался ради нее от всех связей и возможностей, какие открывает для него близость с Сондрой. Нет, право же, это несправедливо!

Это была первая в жизни Роберты жгу чая, ослепляющая, кровоточащая сердечная рана.

Свойственные ему эгоизм, тщеславие и стремление поставить на своем определяли все его поступки и побуждения.

Люди любят деньги даже больше, чем красивую внешность.

Он был одним из множества людей, которые рождаются, живут и умирают, так ничего не поняв в жизни. Они появляются, бредут наугад и исчезают во мгле.

Юношеский пыл и надежды-основа всякой созидательной деятельности во всём мире.

A person without any experience can think a lot, but when it comes to doing, he's not there.

Нам нельзя распускаться, иначе здесь совсем с ума сойдёшь.

Молитесь и молитесь, ибо только в молитве и покаянии - спасение.

Юношеский пыл и надежды-основа всей созидательной деятельности в мире.

Из всей семьи одна лишь мать обладала той силой и решительностью, которые - как бы ни были они слепы и ложно направлены - способствуют если не успеху в жизни, то самосохранению.

Он взял соломенную шляпу и вышел на улицу, чтобы никто не мог подслушать, как он думает свои ужасные, страшные думы.

...Откуда ты знаешь, может быть, я на днях выйду замуж. Счастье приходит к тому, кто умеет ждать. – Да, конечно, только смотри, не просиди всю жизнь в зале ожидания, – ответил он.

Все это было так поразительно, так увлекательно, что он даже боялся слишком много об этом думать. Лучше подождать и посмотреть. Просто – подождать и посмотреть, чего он может достигнуть здесь, в этом чудесном, чудесном царстве!

«Все люди – грешники пред лицом господа»

Так говорило его второе, темное "я".