Цитаты из книги Сибиряки

-Вот так устрое нос... При чём здесь нос? Яном не ваш вариант. - Доктор перечеркнул загагуленку и нарисовал колбасу. - это мужской член.
-Какого мужчины?
-Любого мужчины! Смотрите суда! Тут на конце головка. Если ты, баба, меня спросишь, чья головка, я тебя выгоню!

Все рефлексы в норме, дисплозий суставов не наблюдается, яички не опустились... - Куда? - вырвалось у Анфисы. Из последней фразы она поняла только слово "яички". Доктор расхохотался, и она почувствовала себя дура дурой, как много лет назад, когда привозила к Василию Кузьмичу сына Петра с его неудалой елдой. - В мошонку, сударыня, опустилась, что и требуется, на пол не упали и не закатились под печь.

Царь преставился, следующему присягать, царь отрекся от престола - перекрестились и пошли своими делами заниматься. Временное правительство возникло, Временное правительство пало, Совет народных комиссаров... Всё это очень далеко! И географически - в Расее, и от повседневных забот далеко...

Мотай на память: не любят первых и победителей, зависть редко кто превозможет, зависть - к греху лёгкий путь. Если ты первая да лучшая, внимания не теряй, обязательно найдётся злыдня, чтоб тебя изничтожить.

В Сибири к хлебу относились с почтением и про тесто говорили не "месить", а "творить".

Любовные мечты не льдинка на ладошке - не стряхнёшь их, как талую воду, пальцы не вытрешь и не забудешь.

Недаром про рачительную хозяйку говорится: эта баба, пока с печи летит, семь дум передумает.

Но Степан никогда не боялся уронить авторитет, потому что уважение - это не задранный нос и не котелок с варевом, который надо донести и не расплескать. Авторитет - это твои дела.

Хочешь через оружие и кровь людей счастливыми сделать? А у них спросил, что им счастье? Нельзя насильно, под дулом или на аркане тянуть людей в Карлой Марксой придуманную благодать.

Анфиса не была склонна к саможалениям о прошлом и в будущее смотрела без страха. Все эти бабьи "кабы по-другому сложилось..." или "а ежели не ровен час..." терпеть не могла.

Бывают слезы редки, да едки.

Все можно, дочка, когда есть мечта и старание.

В радости человек может горы свернуть, а в горе не находит сил клопа раздавить.

Тут моей воли не было, только Божья!

Ревнивой, что вшивой, спокойно не спится.

Пусть скачет - веселится, пока можно. Еще натрудится и нагорюется в жизни.

Отложенная кара страшней исполненной, ожидание наказания часто тяжелее самого наказания.

Анфиса никогда долго не сокрушалась о том, чего исправить было нельзя.

Но воли не было, только долг - перед Богом, семьей и людьми.

Прошлого не изменишь, а про будущее только Богу известно.