Цитаты из книги Сибиряки

Баба-лежебока - это не просто стыдно, это хуже гулящей.

Их подспудная связь была крепкой, пуповинной, с общим током крови, разрежь - и оба застрадают.

Недаром про рачительную хозяйку говорится: это баба, пока с печи летит, семь дум передумает.

Что-то произошло помимо её воли и участия - значит, недоброе и неправильное. В этой ситуации самые лучшие - грозно молчать. Правильно молчать - она знала точно - вернейший приём. К сожалению, для молчания сил требовалось больше, чем для крика.

уважение - это не задранный нос и не котелок с варевом, который надо донести и не расплескать. Авторитет - это твои дела.

Ты же не скотина, что только палки боится, а человек воодушевлённый.

Крестьянские дети должны с пелёнок знать: всякий достаток и богатство приходят благодаря тяжёлой работе. А если ты к работе ленив или сирота, то получаешь из милости. За милость надо быть благодарным. Неблагодарный человек хуже колодника. Ссыльным каторжникам, которых гнали через село, оставляли за забором еду из старую одежду. Те дрались за эту христианскую милостыню и никогда не благодарили.

У каждого мужчины было свое безе в жизни.

Но баба выплачется – занозу из сердца вытащит, а измечтается – глубже загонит. Врастет игла в сердечную плоть, клещами не извлечь

любовные мечты не льдинка на ладошке – не стряхнешь их, как талую воду, пальцы не вытрешь и не забудешь

Ей справедливо указывали на то, что Еремей Медведев — партия незавидная. Мастер-то он, ко-нечно, мастер, без куска хлеба не останется, но его приработки ненадежные.

По деревенским представлениям, если муж не бьет жену — стало быть, не любит ее, без внимания оставляет.

— Марфа! Скорее, Марфа! — закричала девочка. — Видишь, маму опять заперло! Касторки ей! Касторки!

Изо всех страшных сказок Нюраню более всего завораживали сказки про вшей. Самих вшей она никогда не видела, хотя про них много присказок и поговорок, и еще знала, что вши похожи на блох у собак.

Ему были безразличны человеческие страсти: борьба честолюбий, желание главенствовать, прославиться, разбогатеть. И носители этих страстей – обычные люди – тоже были ему неинтересны.