В своем углу

Забытая русская проза. Такая шикарная, светлая, полнокровная. Это Сергей Дурылин, человек, которому нужно было родится в иное время... Но случилось как случилось. На его Тихие яблони я наткнулась случайно, а начав читать, пропала... Это великолепно, благостно, с той тишайшей радостью бытия, которую на моей памяти удалось изобразить словами так проникновенно лишь Дурылину. И "В своем углу" взяла читать уже осознано, в желании вновь погрузиться в это трепетное ощущение, невероятное, нежное, восхитительно свежее. Как это ему удается? Такая нелегкая судьба и такая светлая душа, переплавленная в тексты. Цинизм умирает в зародыше, возрождая нечто трепетное.
"В своем углу" проза автобиографичная, текст строится в форме воспоминаний, а потому дополнение "Как жила и чем дышала старая Москва" очень уместно.
П.С. Для тех, кто как и я, хотел бы разобраться, есть ли разница в книгах автора, "В своем углу" и Сергей Дурылин - В родном углу. Как жила и чем дышала старая Москва , одинаковы ли они по содержанию. Хочу сказать, что требуется литературное расследование, ибо сразу не разберешь. Я нашла 2 издания. В одном "В родном углу" включает три больших раздела и несколько послесловий. В другом "В своем углу" включает вышеприведенные разделы (названо это все "В родном углу") и.. та-дам еще одну часть, состоящую из нескольких тетрадей воспоминаний и украшенную фотографиями и названную "В своем углу". Так что я запуталась, какое название более полное по названию и только послесловие помогло: "В родном углу" это воспоминания о детстве и семье (3 главы), "В своем углу" это записки, которые автор вел в ссылке, размышления обо всем.

Автор, как водится в автобиографиях, начинает с детства, но описывает его с позиции уже состоявшегося взрослого, который рассказывает о запомнившемся, о настроении, о быте. Характерно, что реплики, указание на те или иные звуки, выкрикивавшие на улицах название продуктов, действительно будто бы взаправду помещают вас на те самые улочки в тот гомон. Яблоки, бублики, орехи, клюква... Эх... Свежая пресса... И как не погрузиться, когда тебе дарят цельное ощущение, тишину гармонии и нотную грамоту дореволюционной почти детской наивности?

Нежная элегия, такое стародавнее слово, ностальгия и тянущая боль по утраченному благополучию непреложности, так, наверное, можно охарактеризовать настроение автора. Благополучие не в смысле благоустроенность или богатство, а отсутствие социальных неприятностей, стабильность спокойного бытия, радость размеренной жизни. Про тишину у него там особо прописано, и эти маленькие штрихи только дополняют потребности души в этом:

Подробное описание дома, где проведено детство, с акцентами на богомольность, на признаки незыблемости тогдашнего порядка показывает радость от встречи автора с этими воспоминаниями.

Мещанский быт, без оценки свысока, твёрдая основа тогдашнего существования, патриархальный, немного домостроевский, несомненно романтизированный, но такой убедительно желаемый.

Но что я все про ощущения и вещи, автор таким описаниям декораций посвятил лишь первую часть, во второй он погрузился в воспоминания о самих близких. Там и про маму, и про бабушку, прабабушку, отца, нежно, деликатно и с глубочайшим уважением и любовью. Для его родителей это был второй брак, оба были вдовцами, у мамы дети "пошли" только в этом браке. И черт возьми, само решение на такой шаг сейчас бы мало кто принял:

И все это надо было организовать, накормить, напоить, позаботится и в будни и в праздники. И не только же свою семью, но и дворню, родственников, приходящих гостей деревенских, знакомых -незнакомых. Роту солдат наверное и то проще обустроить...

На мой взгляд, это самая пронзительная и личная часть. Как горек был плод отцовского финала. Третья посвящена тому образованию, которое получил Дурылин, и тем людям, которые на него в этом плане оказали влияние.
Далее про дополнительный раздел, полный тетрадей с воспоминаниями и фотографиями. Он про известных людей, с которыми общался Дурылин (какие-то прямо на слуху и максимально известны и сейчас, тот же Горький, какие-то нет, в забвении), про случаи и откровения бытия, про литературные разборы и рассуждения, про жизнь вообще.

Тут текст более фрагментарный, обрывочный, по-настоящему лично-дневниковый.

Эта книга - "маст хев" моей бумажной библиотеки, теперь не успокоюсь, пока не заполучу ее на полку, это тот особый мир, который приносит умиротворение.

Замечательная книга! Теплая, домашняя, хлебосольная, если можно так отозваться о книге. Такая, какой и была старая Москва. Дореволюционная. Когда люди знали что такое отчий дом не по книгам, а по рождению. Когда родители были матушками и батюшками (хотя, автор называл их мамаша и папаша - но это любя), а не предками, а дети были чадами, а не спиногрызами.
Эта книга о времени, когда честное слово было не простым звуком, а имело вес, оно не нуждалось в заверении нотариусом.
Автор со знание, со вкусом, с любовью рассказывает о своем городе, о своей семье. И так хочется найти машину времени и отправиться в то время, когда хлеб был вкусным, товары добротными, люди приветливыми и честными, а Москва белокаменной.