PhD, QE2 and H2O

Внешне она представляла из себя сочетание еврейского ненастья и американского макияжа; в статике являла зрелище трагедии, однако часто разражалась разудалым хохотом. Как-то раз в казино задребезжал всеми внутренностями один из «одноруких бандитов». Из-за машины выглянуло озаренное махновским счастьем лицо Дороти Вулф. Недурственный джекпот, тудытеговкачель, 1387 карбованцев, то бишь долларов!

Дороти нравилось сидеть за круглым столом с четырьмя мужчинами, из которых двое были еще не стары, а двое других почти молоды.

По радио бодрый голос капитана сообщал обстановку: «…Ветер по-прежнему сильный… Мы находимся всего лишь в ста сорока милях от места гибели „Титаника“… Желаю приятного путешествия!»

Всякий, кто жил в англофонных странах, знает, что не только корабли с женскими именами, но и все другие принадлежат к женскому роду. Назови ты пароход хоть «Маршалом Буденным», все равно для англичанина он будет she, то есть «она». Бог весть, отчего так получается, ведь не от сходства же с рыбой, ведь это по-русски рыба – дама, а по-английски – ни то ни сё.

В среднеатлантических штатах, где, скитаясь по университетам, Святослав Николаевич основательно обжился, жизнь казалась ему понятной, академической, зимой – твидовой, летом – полотняной, спокойно убывающей в соответствии с расписанием курсов и исследовательских работ.

Было много девушек, но однажды он приземлился по неправильному адресу, а именно в супружеской постели менеджера.

Еще один едок за столом одиноких путешественников был, что называется, comme il faut в стиле Чичикова, то есть не очень толстый, но и не очень худой, не очень молодой, но и совсем не старый, не богат, очевидно, но и, ей-ей, не беден, все пуговки застегнуты, галстук подтянут, волосы припомажены, лицо исключительно приятное, не очень внимательное, но и не рассеянное, словом, адвокат, вкладчик, «девелопер», если только не картежник, многоженец и фальшивомонетчик; звали его Закари.