Very Good, Jeeves

- Я нашел решение. Меня как будто озарило.
— В самом деле, сэр?
— Именно озарило. В делах такого рода, Дживс, всегда следует начинать с изучения… э-э… что я хотел сказать?
— Затрудняюсь ответить, сэр.
— Это самое… э-э… такое в общем-то банальное слово, хоть и латинское, на языке вертится…
— Может быть, с изучения психологии личности, сэр?
— Вот именно. Психология – это ведь имя существительное, да?
— Да, сэр.
— А звучит как имя собственное.

хоть я и холостяк, но могу утверждать, что ради сохранения тактики взаимных уступок и компромиссов или того равновесия, на котором зиждется семейная жизнь, ни одна женщина не должна иметь улик против мужа. Женщины пускают в ход такие улики. Они ничего не забывают и не прощают.

Вы знаете, как это бывает. Любовь вспыхивает и умирает, разум возвращается на свой трон, и вы уже не ощущаете в себе готовности плясать под дудку вашего кумира, как в раннем чистом пылу божественной страсти.

-Дживс,- сказала тётя Далия,- вы гений!
-Благодарю Вас, мадам.
-Дживс,- сказал я,- вы осёл!

Я бы никогда не взял на себя ответственность рекомендовать в спутницы жизни юную леди с ярко-рыжими волосами. На мой взгляд, рыжие волосы таят в себе большую опасность.

Понимаете, дело осложняется тем, что миссис Бинго — натура романтическая. Женщины, подобные ей, считают, что день прошел впустую, если они не намарают несколько страниц какого-нибудь несусветного вздора. Даже при полном благополучии их мучит жажда чего-то непонятного. По-моему, им чернила в голову ударяют.

— Такова жизнь, сэр.
— Вот именно, Дживс. Что у нас на завтрак? — спросил я, оглядывая поднос.
— Копченая селедка, сэр.
— Не удивлюсь, — сказал я, все еще пребывая в задумчивости, — если узнаю, что жизнь селедок полна волнений и тревог!
— Вполне возможно, сэр,

— Если твоя тетка догадается, что я твой друг, она тут же откажет мне от места.
— Почему?
Бинго поднял брови.
— Почему? Берти, ну ты сам подумай. Если бы ты был твоей теткой и знал, что ты за тип, допустил бы ты, чтобы твой ближайший друг был наставником твоего сына?
Моя бедная голова пошла кругом, но скоро я все-таки сообразил, что в его словах кроется много суровой правды и здравого смысла.

— Я объяснил мистеру Сипперли, что ему на голову упала ваша новая ваза, сэр.
— Но как он мог этому поверить? Ведь ваза разбилась бы.
— Она разбилась, сэр.
— Что?!
— Чтобы достичь эффекта правдоподобия, мне пришлось вопреки моему желанию ее разбить, сэр. К моему большому сожалению, сэр, должен вам сообщить, что, находясь в сильном волнении, я ее разбил на мелкие кусочки, поэтому она не подлежит восстановлению.

— Берти, приходилось ли тебе чувствовать, что ты – жалкий червь?
— А как же! С Дживсом – сплошь и рядом.