Very Good, Jeeves

— В чем дело? Что случилось? Почему вы не едете? Зачем вы остановились?
Я объяснил:
— Остановился не я. Остановился автомобиль.
— Почему?
— А черт его знает, — сказал я с грубой мужской откровенностью, которая так мне идет.

В наше неспокойное время, Дживс, когда жены только и думают о том, как бы полнее себя выразить, когда мужья поглядывают на сторону и делают то, чего делать не положено, когда дом превращается в психушку, так приятно встретить пару, живущую в любви и согласии.

Брак превращает человека из легкомысленного шалопая в… э-э… нелегкомысленного шалопая.

— Возможно, юный джентльмен не заметит, что у вас лицо, как у рыбины, сэр, — сказал Дживс.
— М-м, это, конечно, меняет дело.
— Но мы не можем полагаться на счастливый случай, — сказала Бобби. — Скорее всего, это будет первое, что он заметит.

'This tells us something, Jeeves.'
'What, sir?'
'I don't know.'

Стой на своем. Ты должен быть хозяином в доме.
Бинго устремил на меня долгий, загадочный взгляд:
– Берти, ты женат?
– Нет, ты же знаешь.
– Если бы не знал, то сразу бы догадался. Пойдем.

- Неужели все жены таковы? Радуются, когда их мужей втаптывают в грязь?
-  Если речь заходит о совершенствовании собственного мужа, любая женщина готова прислушаться к тому, что советуют посторонние, сэр.
- Вот почему у всех женатых мужчин такой затравленный вид, верно?
- Да, сэр.

— Берти, — сказала тетя Далия ледяным тоном, — ты законченный болван. Послушай меня. Только потому, что я тебя люблю и у меня большие связи среди членов Комиссии по делам душевнобольных, тебя еще несколько лет назад не упрятали в обитую войлоком палату.

И вообще этот Люций Пим крутой парень. Глэдис в грош не ставит. Охаивает ее шляпки, поносит ее светотень. Я часто замечал, что по непонятным причинам такое обхождение пленяет девиц, а так как я по натуре настоящий крем-брюле, да еще и рыцарь в придачу, то, сами видите, положение у меня невыгодное.

Если вы спросите мою тётю Агату, она вам скажет, — по правде говоря, она вам скажет, даже если вы её не спросите, — что я тупой бесчувственный бездельник.