Цитаты из книги Пламенное сердце

Его звали Брейден, и в недавнем прошлом мы с ним встречались. Даже в те времена наши отношения казались мне холодными и нереалистичными, а уж теперь, когда у меня был трепетный Адриан, я даже представить себе не могла, как можно было считать то, что между нами было, отношениями. Между нами не было страсти, не было моментов, от которых останавливалось дыхание, и, конечно же, не было прикосновений, заставляющих мою кожу гореть.

Это одновременно очень просто и невозможно сложно.

Это звучало так, будто она описывала мои отношения с Адрианом.

– Я говорю, что ты что-то делаешь с вампирами? Ох, я много чего делала с одним вампиром в частности, но она, очевидно, не это имела в виду.  – Вроде того, – ответила я уклончиво. 

– План побега номер семнадцать, – сказал я ей. – Убежать и выпить сока в Фресно.  – Почему Фресно?  – Звучит как место, где люди могут выпить сок.

Он смотрел на нее с обожанием, и я не мог винить его за это.

Хочешь переплавить вещь — сперва сломай её.

"И точно также не задумываясь, я совершил бы что-нибудь ужасное, если бы это позволило спасти того, кого я люблю".

Мне захотелось заплакать и закричать на весь мир, что это несправедливо, но я знала, что не имею на это права. Жизнь несправедлива к большинству живущих. И такова моя судьба.

Но как я уже говорил раньше, невозможно выигрывать постоянно. Когда-нибудь да поскользнешься. На мелочах.

Жизнь и смерть оказались неразрывно сплетены между собою, и мы находились между ними. Но сегодня мы одержали победу. Мы были живы, мир был прекрасен, и я не хотела тратить свою жизнь впустую.

— Меня не волнует, что делали они! Хотят рисковать жизнью, это их дело! Но принцесса не имеет права подвергать себя опасности!
— Принцесса не имеет права стоять в стороне, когда ее народ в опасности, — не осталась в долгу Джилл.

Просто поразительно, сколько всего промелькнуло в моем сознании за долю секунды. И удивительно, какими огромными становятся даже мелочи, когда мы вот-вот их потеряем.

Я улыбнулся ей, но облако грусти продолжало нависать надо мной, хотя меня и переполняло счастье. Я никогда не предполагал, что могу так любить другое существо. И ещё я никогда не думал, что буду так бояться потерять ее. Все ли влюбленные ощущают тоже самое? Может, и они цепляются друг за друга и по ночам просыпаются от страха — а вдруг они оказались одни? Неужели это неизбежно, когда ты сгораешь от страсти? Или просто мы живём в страхе из-за того, что ходим по краю пропасти?

— Нет цели выше, чем обучать юных и развивать их разум, готовя их к величию.

— Ты считаешь, что машина настолько для нее важна, что она согласится помочь? По-моему, последний раз она выезжала в "большой" мир в экипаже, запряженным лошадьми.

— Можно к вам присоединиться? Думаю, что изучать искусство лучше в обществе шедевра.

— Ты свершишь великие деяния! — с жаром воскликнула миз Тервиллингер. — Я так тобой горжусь — сильнее, чем гордилась бы собственной дочерью!
— Невзирая на то, что я сожгла ваш дом дотла? — сказала я.
Миз Тервиллингер снова заулыбалась.
— Возможно, именно поэтому!

Спиртное не обязательно улучшает творение, но обычно порождает вдохновение.

— Я готовлюсь к инициации, — сообщила она будничным тоном, будто речь шла о походе в парикмахерскую или в булочную, а не о вступлении в ковке колдуний. — Мне требуется "магическое" имя, которые они используют во время собраний.
— Ага. Имя, инициация. Серые будни, да?

– Я честно, – произнес я. – Я буду стараться.
– Конечно, – отозвалась Сидни. Но ее разочарованный взгляд преследовал меня.
– Я могу быть сильным, – добавил я.
Сидни улыбнулась и приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать меня на прощанье.
– Ты уже сильный, – пробормотала она, прежде чем исчезнуть в ночи