Какое-то особое настроение охватывает меня, когда я читаю юнкерам — особенно здесь, в старой мечети Теке. Сквозь окна, затянутые мешками, под расписные своды пробиваются ослепительно яркие лучи южного солнца. Тихо. Только на соседнем платане неумолчно звенит цикада. Покинутый храм чужого Бога, но все-таки есть какая-то жуткая торжественность в этом здании.
Порядок идеальный. Видно, масса труда положена юнкерами. Трогательная подробность — в помещении каждой роты, отделенном от центральной залы щитами из одеял — памятные доски с именами убитых товарищей... Но все-таки, какая разница между юнкерами моего времени (очень недавнего — 1915 г.) и теперешними. Тогда были веселые, буйно-жизнерадостные юноши. Сейчас — точно послушники строгого монастыря, облеченные в военную форму. Видно, долгое соседство со смертью не проходит бесследно. А мои слушатели, отлично выправленные, чистенькие, с бледными, строгими лицами — сколько раз им пришлось смотреть в лицо смерти. Почти на всех георгиевские кресты, а их с таким трудом давали на гражданской войне и так дорого они стоили. У одной из стен маленькая церковка. Все иконы написаны акварелью юнкерами.