Древо Иуды

— Счастливая жизнь, — повторил Уилли, словно задумавшись над словами. — Когда вы говорите это, вы не думаете только о себе?

Мое настоящее зародилось в те ранние годы жизни, когда я был предоставлен сам себе.

— Дорогая Кэти! — воскликнул он, внезапно охваченный жалостью к самому себе. — Я всегда хотел быть добрым и творить добро, но обстоятельства были выше меня.
— Ты добрый, — без тени улыбки сказала она. — Сразу видно… по твоему лицу. Тебе лишь нужна возможность доказать свою доброту самому себе.

Если заглянуть поглубже, мы все охвачены страхом. Тем не менее мир продолжает удаляться от Бога. Нам ни за что не выжить, если только каждый, абсолютно каждый не сделает усилия, пусть даже самого маленького.

В Вене приходится быть либеральным и немножко сумасшедшим.

— Молодец, Кэти, отлично справились.
— Дело привычное, — отмахнулась она. — Главное — взяться.
— Нет, тут требуется нечто большее. Вы вдохнули в них новые силы.

Она покраснела — густо, ярко, как краснеют только в молодости.

При случае он умел пустить слезу.

Вся эта экономия по мелочам, столь явная опытному пытливому глазу, тронула его душу.

— Значит, вы знали Джеймса, моего дедушку?
— Чудесный человек… Я сразу это понял, хотя в то время не отличался особой внимательностью, как всякий юнец.