Сила и слава

Какой смысл в исповеди, если любишь плод своего греха?

он уже начал забывать, что новый день когда-нибудь наступит, — так люди забывают, что когда-нибудь придет смерть; осознание того, что время движется к концу, приходит внезапно — в скрипе тормозов или в свисте выпущенной пули.

Место это очень похоже на весь мир: люди хватались за любую возможность урвать наслаждение и потешить гордость, невзирая на тесноту и неудобство; и тут некогда заниматься чем-то осмысленным, они мечтали лишь о бегстве.

Поэт — душа своей страны

часто думаю, что мать обычно больше друг, чем отец. От нее веет миром, добротой и заботой.

Но человек не умолкал. Священнику вспомнился нефтяной фонтан, который какие-то старатели пустили однажды близ Консепсьона. Хотя это было недостаточно богатое месторождение, чтобы окупить дальнейшие работы, но он бил двое суток на фоне неба — черный фонтан, хлещущий понапрасну из болотистой непригодной земли — пятьдесят галлонов в час. Так и в человеке порой внезапно прорывается религиозное чувство и выбрасывает черный столб копоти и грязи, расходуясь бесполезно.

Каждый ребенок рождается с каким-то представлением о любви, подумал он. Его впитывают с молоком матери; но от родителей и друзей зависит, какого рода любовь он узнает — спасающую или губящую. Разврат — тоже род любви.

Он думал: какой долгий путь проходит человек, от первого детского волчка до этой постели, где он лежит, сжимая в руках бутылку с бренди. А для Бога это одно мгновение.

«Должно быть, — подумал он, — это чувствуют все родители: вот так и идут по жизни простые люди, в страхе складывая руки, прося избавить от страдания… Именно от ответственности мы убегаем, пытаясь отделаться ничтожным жестом».

Казалось, грех довел его до крайнего падения; теперь, кроме одиночества и отчаяния, он узнал, что человек может быть нежеланным в своем собственном доме.

Священник слез с седла и рассмеялся. Он чувствовал себя счастливым. Это одно из тех странных открытий, которые делает человек на протяжении своей жизни: какой бы она ни была, в ней есть радостные минуты; всегда можно сказать, что бывает хуже, даже в опасности и беде маятник продолжает качаться.

Они привыкли терять детей, но не привыкли к тому, что хорошо знакомо всему миру, — к гибели надежды.

Сердца их не были жестокими — они смотрели на небывалое зрелище: участь, худшую, чем их собственная

Он повторил, что его мать умирает. Карие глаза не выражали никаких чувств — это был просто факт. Ты рождаешься, твои родители умирают, и ты сам состаришься и умрешь.

В детстве всегда бывает момент, когда приоткрывается дверь — и входит будущее.

Когда человек приходит в себя после опасной операции и наркоза, ему дорого первое увиденное им лицо.

Ее не возмущало, что приходится торчать здесь и присматривать за работами; слово «играть» казалось ей бессмысленным: жизнь — это дело взрослое.

Страх и смерть - еще не самое плохое. Жизнь порой тянется впустую.

Здравый смысл — качество ужасающее, она никогда не обладала им; ведь это здравый смысл говорит: «Мертвые не слышат», или: «Она уже ничего не чувствует», или: «Искусственные цветы практичнее».