Марыё і штукар

Никогда не читайте Томаса Манна на ходу, в метро, в автобусах и на остановках, окружённые толпой случайных людей, громоздкими зданиями и постоянным шумом. Он, как сама природа, требует тишины и уединения. Его произведения – это разговор, который нельзя вести, перекрикивая суету жизни, иначе можно отвлечься и упустить важную мысль, вскользь брошенное слово, в которых будет больше значения, чем в иных многотомниках.

Манн – один из тех писателей, которые почти никогда не пишут о том, о чём кажется на первый взгляд. Если вы будете смотреть на «Марио и фокусника» только глазами, вы увидите историю курортного городка, в котором случилась странная трагедия. Но если вы отвлечётесь от сюжета, который лежит на поверхности, и прислушаетесь к своим ощущениям, к незаметно прорастающим в вас картинкам и звукам, вы поймёте, что за сюжетной драмой скрывается трагедия целого мира.

Я люблю Манна за то, что он никогда не говорит прямым текстом. Некоторые его работы, по-моему, без специальных знаний и вовсе не расшифруешь. И тем он прекраснее, потому что услышать его можно только если думать, а зачем ещё нам дана литература? Что проку для читателя, если автор сам расставит все точки над «i»? «Марио» по сути своей не имеет ничего общего с отдыхом в небольшом итальянском городе, это образец прекрасно выполненной аллегории.

Эта новелла, на мой взгляд, не похожа на те произведения Манна, что я читал раньше. В основном из-за стиля. Если бы мне дали прочесть «Марио и фокусника» без указания авторства и попросили угадать имя писателя, я бы сказал, что это новелла Сомерсета Моэма: написано безукоризненно хорошо, в идеальной манере классической литературы, но не более. Особенность же стиля Томаса Манна именно в том, что лично для меня он всегда выбивался за пределы этой формальной идеальности, от его описаний в душе что-то меняется, рвётся за рамки обыденных мыслей, ты сам точно объят его вдохновением. После «Марио» впервые со мной такого не произошло.

Возможно, мне, как и многим, кто не видел тех ужасов, которым было свидетелем поколение XX века, намного тяжелее проникнуться кошмаром фашизма. Мы знаем, что он был, мы можем ощутить его мощь через печатное слово, фильмы, рассказы, но мы живём в то время, когда человечество пробудилось, и кошмар остался только страшным воспоминанием, тающим в утреннем свете. Для того же времени, когда новелла писалась, это произведение значительнее во сто крат. Потому что в ней – лицо зарождающегося фанатичного патриотизма, в ней – нездоровые националистические настроения, превращающие любовь к родине в абсурд, в ней – феномен поклонения ущербной власти, которая вызывает неприязнь у самого народа, но вместе с тем обладает такой невероятной силой, что даже самые сильные сгибаются под ударами её хлыста и воли.

Чиполла не зря изображается уродцем, калекой с вредными привычками, которые поддерживают его жизненные силы. Не может быть красоты в том, что, как мясорубка, перемалывает человеческую личность и подчиняет своим желаниям. Всё представление фокусника на душе попросту мерзко. И не столько из-за того, что он делает, сколько из-за отсутствия сопротивления. Никто, ни один человек, как бы он ни пытался, не может ослушаться его хлыста. Единственной надеждой на избавление становится финал, конец, положенный рукой Марио. Почему именно он – обычный официант из кафе? Быть может, из-за того, что в его сердце оказалась любовь гораздо более искренняя и сильная, чем показная любовь к родине, к которой то и дело обращался Чиполла. Быть может, Марио не выдержал надругательства над тем единственным сильным, настоящим чувством, которое сохраняет в нас человека.

Томас Манн - глыба немецкой классической литературы. Конечно, глыбу хочется опробовать. Живя в Германии, хочется понимать, чем же так гордятся здесь мои коллеги-немцы, хочется разбираться в "этих колбасных обрезках". Так я решился на знакомство с автором. Конечно, возможно, было бы правильным сразу окунаться в раннего или позднего Манна (Будденброки или Феликс Круль), но мне по нраву поначалу взять новеллу, чтобы почувствовать стилистику автора, тем более, что чтение предстояло в оригинале.

Да, вот он, злой, гадкий, своевольный, но по-драконовски сильный волшебник Чиполла (уж не Муссолини это? Гитлер? Волландеморт того времени?) мастерски умеет облапошить людей при помощи своей гипнотической способности, может так завладеть всей аудиторией, что она может стать просто толпой, эта толпой можно вертеть как угодно, она может сделать всё, что тебе угодно. Да, это - страшно! И только один Марио оказался способным противостоять гипнозу...

Я теперь понимаю, да - вот он, предвестник немецкого (и итальянского) фашизма. Новелла была написана как раз накануне, в 1930 году. Вот она - будущая реальность, предопределенная в новелле, она уже скоро придет на родину автора.

Мне доставила новелла массу удовольствия. Во-первых, я поразился стилю автора, наконец-то можно почувствовать богатую немецкую речь, сложные синтаксические конструкции, такие привычные нам у русских авторов. Оказывается, и немцы умеют писать солидно! Чувствуется огромный словарный запас автора, его неисчерпаемость, ёмкость, сила. Вот как бывает, поедешь отдохнуть в отпуск, а тут так всё "запущено". Не отдыха было автору, увидел он грядущие изменения, что и показал нам в этой новелле.

Эту новеллу можно смело считать предупреждением Манна о зарождении фашистских идей, о первых ростках, которые грозились вырасти в гигантские сорняки, истребляющие жизненно важную составляющую планеты Земля. Манн начал писать ее в 1929-ом году, опираясь на свои впечатления об отдыхе на итальянском курорте Торре ди Венере. Обратим внимание на описание курорта. Это прекрасное место "идиллический уголок, хранилище для тех, кто любит уединение". Но чем дальше мы погружаемся в атмосферу пляжной жизни, тем яснее предстает перед нами истинная картина, точнее, то, как она меняется, ее метаморфозы. С появлением на курорте светской элиты развертывается ярмарка светской суеты, где открыто демонстрируется спесь, снобизм, ослепляющий мишурный блеск и разделение людей на категории. Рассказчику вместе с его семьей, отказан путь на открытые террасы с красными светильниками и изящным убранством - это место отведено для избранных, несмотря на то, что больше половины столов пустуют. Или другая сцена, поражающая читателя до глубины души, когда управляющий отелем просит их освободить номер только потому, что их ребенок пару раз кашлянул, чем вверг знатную мамашу из света в ужас - она испугалась за своих отпрысков, представляя их безвременную кончину от заражения страшнейшей болезнью. Все это, на первый взгляд, обычная беседа с читателем, воспоминания об отдыхе... Но! Читаем дальше и убеждаемся, как накаляется обстановка, и отдых превращается в нечто неприятное, раздражающее и даже угрожающее. Пляж и все, что на нем происходит: суета, беготня, галдеж, крики, ор, многоголосье - обратите внимание, прислушайтесь к себе, чувствуете как напрягается мозг от фонового шума? А обрывки из описаний красноречиво обо всем говорят: "кишат купальники, которые галдят, ссорятся", "осипшие голоса матерей", а сверху печет беспощадное солнце, зной отнимает способность думать, видеть, рассуждать. Раскаленные затылки ноют, дышать становится тяжелее, начинается апатия, равнодушие. А самым апогеем всей этой истории является появление на курорте некоего фокусника - иллюзиониста Чиполло. Невзрачный, маленький горбун, манипулятор и гипнотизер, поработивший себе волю многих людей. Щелк хлыстом, и человек в его власти: делает все, что от него требует волшебник. Он ( волшебник) осуществляет свои стремления, свои желания, но умело выдает их за личные порывы своих жертв. Он показывает представление в помещении, где собрались простые люди, народ. Именно то, что нужно Чиполло. Шоу начинается, но какая удушливо-тяжелая атмосфера тут царит!

Зрителями овладел какой-то разврат, они словно опьянели, как бывает в поздней ночи, потеряли власть над своими чувствами, способность критически оценивать влияние этого человека и трезво сопротивляться ему.

Вот так зарождается зло, намекал Манн. Вот первые отголоски фашизма, говорила его символика. Прекрасная новелла. Очень художественная, написанная живым, текучим, красочным слогом, несмотря на суть. Она зовет человечество открыть глаза и увидеть опасность, нависшую над собой. Она зовет к умению противостоять, к здравому смыслу, к способности быть начеку и не поддаваться чарам гипноза. Она отрезвляет, пытается достучаться и сказать, что человек - это прежде всего уникальное Я, и самое худшее, что может он сделать с собой - это перестать быть Человеком и превратиться в безмолвное и покорное стадо.