Lugu sellest, kuidas Ivan Ivanovitš läks tülli Ivan Nikiforovitšiga

Славная повесть у Николая Васильевича! Отличнейшая! А какой язык! Фу ты, пропасть, какой язык! Изысканный с завитушками! Я ставлю бог знает что, если у кого-либо найдется такой! Прочтите, ради бога эти дивные строки, – особенно если до этого читали что-нибудь из современных авторов, – взгляните сызнова, что это за объядение! Описать нельзя: бархат! серебро! огонь! Господи боже мой! Николай Чудотворец, угодник божий! отчего же у меня нет такого литературного дара!

А и верно, дивная повесть. Она замыкает вторую книгу "Миргорода", и стоит неким особняком между ранними украинскими повестями Гоголя, романтичными, насыщенными колоритом этнографической изысканности, завораживающим мистицизмом, и более поздними произведениями, в которых на первую позицию выходят реализм и сатирические мотивы. В повести про ссору миргородских тёзок уже очень явственно звучат ноты, в которых узнаются будущие петербургские повести, "Мёртвые души" и "Ревизор".

Это вступительная увертюра к богатейшей опере русской провинциальной жизни, явленной автором отечественному читателю. Как раз в этой повести прославляется великая миргородская лужа, образ которой стал визитной карточкой большинства уездных городов великой и дремлющей страны.

Удивительная и прекрасная миргородская лужа, в которой валяется бурая супоросная свинья Ивана Ивановича. А принюхайтесь, какой смрад идет от этого уездного артефакта! Вонь тины, дерьма, помоев...
Стойкая и пронзительная вонь провинциального существования, поглощающего все тонкие и возвышенные проявления человеческой натуры, низводящая человека до уровня инфантильного обывателя.

Инфантилизм - главная отличительная черта героев повести. Иван Иванович с Иваном Никифоровичем в принципе, по своему, неплохие люди, но, если присмотреться к ним попристальнее, это же дети! Я уж не говорю об отсутствии целей и идеалов, полноте! Но у них даже завтрашнего дня нет, они не ведают, что такое жизнь, они знают только существование.

И вот это инфантильное прозябание не становится препоной на пути к тому, без чего мало какой человек может обойтись, к выплеску чувств и эмоций. Не показных, типа: "Не ступайте сюда, Иван Никифорович, ибо здесь нехорошо!", а настоящих, не позволяющих закиснуть окончательно.

Но, поскольку мы имеем дело с сугубо инфантильными личностями, то и выплеск этот у них приобретает форму инфантильную, по сути же трагически-смешную, как это чаще всего и бывает у детей. "Не играй в мои игрушки!"

Вот, два взрослых с виду человека, являющихся по сути своей детьми старшей группы детсада, затевают ссору, не поделив игрушку. Далее в ход идут обзывательства, обиды, акты мщения. Наконец, они идут жаловаться друг на друга "воспитателям" - в присутствие, - меряясь, кто первым начал.

И все это длится до глубокой старости, считай до могилы люди так и не состоялись, так и не выросли, оставшись навсегда инфантильными созданиями. Вот это гнетущее и развращающее качество "благородных" и "полублагородных" жителей провинции, которым не надо было заботиться о хлебе насущном и заствляет Гоголя на последней странице чуть ли не волком завыть: "Скучно на этом свете, господа!"

К вопросу о миргородской луже. Такие лужи оказались на диво живучими. Через 150 лет (в середине 90-х) по центральной улице районного городка на Брянщине (моя родина), вроде как заасфальтированной, на легковушке в межсезонье можно было проехать только с местным лоцманом, который знал истинные глубины всех ожидающих путника выбоин. Справедливости ради, стоит отметить, что вот уже лет 15-20 как эта проблема вроде бы решена, да вот всё не верится как-то, что это надолго....

Как же здорово возвращаться к нашим старым добрым классикам! Незамысловатая история ссоры Ивана Ивановича с Иваном Никифоровичем вызвала настоящее эстетическое наслаждение ярким языком, искрометным юмором с сатирическими вкраплениями, чудными описаниями города Миргорода вместе с живностью и краевидами, великолепными портретами миргородцев...
На последних хочется задержаться. Мне было мало прочитать описание того или иного лица/фигуры. Хотелось перечитывать и смаковать. "Голова у Ивана Ивановича похожа на редьку хвостом вниз; голова Ивана Никифоровича на редьку хвостом вверх" - ах-ха-ха, перед глазами сразу же возникает дружеский шарж в "огородном" стиле. А какое разнообразие одежды! Чего стоят эти всевозможные смушки, бекеши, запаски, плахты!.. Любая мелочь на самобытном языке Гоголя звучит народной музыкой, превращается в живую картину, как, например, пуговицы на мундире у городничего: "Эти восемь пуговиц были насажены у него таким образом, как бабы садят бобы; одна направо, другая налево".
Посмеяться от души - не единственный плюс от чтения классика. Мораль в произведении тоже имеется. Потерять лучшего друга из-за пустой обиды, из-за неумения простить, из-за отсутствия истинных христианских добродетелей (ложные писатель изображает с большим мастерством) и посвятить долгие годы бесплодной борьбе, соревнуясь в оскорблениях и унижениях, - это ли не высшая человеческая глупость?!

Торжество тонкого юмора с долей абсурда в текстах Николая Васильевича напрямую отсылают к отечественной литературе уже XX века, к текстам Даниила Хармса, Александра Введенского или Юрия Олеши. Особенно Олеши, трогательно относившегося к слову и подарившего нам пресловутые «кран тихо сморкался» и «в углу стояла маленькая цыганская девочка, величиной с веник». Обожаю Гоголя именно за умный юмор, пронизывающий каждое его произведение, даже трагичнейшего «Тараса Бульбу», исключая, пожалуй, только одиозного «Ганца Кюхельгартена» из раннего творчества писателя и не являвшегося для него характерным, это ещё только проба пера, не очень самобытная и представляющая скорее литературные пристрастия автора, чем его стиль. Юмор – универсальный язык и ключ к сердцу читателя.

Юмор в произведениях Гоголя выполняет умопомрачительное количество функций: это м.б. связка для перехода от одного жанра повествования к другому; часто юмор привлекает внимание читателя к не очень увлекательным деталям быта или нравов; часто это изящная метафора, позволяющая запомнить ту или иную деталь, - например, безразмерность украинских шаровар железобетонно закрепилась в моей памяти благодаря шитых их них запорожцами парусам; часто у Гоголя юмор служит вводной для читателя в текст, знакомит читателя с миром, персонажами. Сравнительно описание Ивана Ивановича с Иваном Никифоровичем подняло мне настроение на целую неделю.

Сама повесть – растянутый во времени анекдот, местами грустный. Нелепое недоразумение ставшее причиной вражды двух своеобразных друзей приводит к пожизненной вражде и тяжбе, длящейся благодаря нашему отечественному бюрократическому аппарату десятилетия. Желание представителей света небольшого провинциального малороссийского городка помирить двух непримиримых друзей весьма трогательно и для меня это некая антисатира, которая развернётся во всю у Гоголя в бессмертных «Мёртвых душах» и является для меня доказательством чего-то крайне важного в Гоголе – милосердия и уважения даже к разным вздорным и смешным маленьким людям. И насколько это противоречит стилю сатирика Салтыкова-Щедрина, с его резкостью и непримиримостью. Гоголь любит своих героев, всех.

Интересно, что после прочтения самых смешных произведений Гоголя, последействием приходит грусть. Это явный знак качества и неустаревания его текстов.

Эта бытовая повесть стоит в череде мистических и полусказочных произведений Гоголя несколько особняком. Где-то рядом с парой-тройкой других его столь же прозаических бытописательных повестей.

Однако от этой своей бытовой обыденности она нисколько не теряет в рейтинге гоголевской прозы. И не только потому, что применима к любым временам и народам и потому злободневна «до дней последних донца». И не из-за вот этой бессмертной гоголевской фразы «Скучно на этом свете, господа!»

Но ещё и из-за невыразимо прекрасного русского гоголевского литературного слога. Из-за таланта Гоголя так живописать самое простое бытие своих героев и их окружения, с таким тщанием сеять детали и словечки, что картина этого бытия становится даже не то, что 2D и 3D, но и все 4D и 5D, т.е. читатель получает полный эффект присутствия.

А если ещё читать эту повесть вслух с максимально возможной выразительностью, или же довериться мастерству чтеца и послушать повесть в аудиоформате, то тогда происходит полный перенос из нашего «сейчас и здесь» в гоголевское «тогда и там»…

Мягкая, нежная повесть Гоголя. Он так трогательно вспоминает свою малороссийскую молодость, с таким знакомым каждому провинциалу чувством возвращается в родные места, чтобы найти там все не так, как было, что поневоле сопереживаешь ему.

И ведь как интересно все упаковано. Милая история ссоры больших непохожих друзей, великий гоголевский юмор (который раз говорю себе – так смеяться над книгой в общественном транспорте неприлично! А удержаться не могу), ажурно выстроенные попытки оных друзей примирить, а потом элегическая концовка, которая смазывает весь юмор и делает простое произведение куда глубже.

Чувствовал Николай Васильевич, ощущал, при всей своей огромной любви к людям, что далек еще человек от громких эпитетов «царя природы» и прочих славословий. Люди у Гоголя фиксированы, обычно не развиваются, ибо никакой необходимости в этом не испытывают, да ведь он все равно их любит, недостатки не высмеивает, а холит, пестует, раздувает и молчаливо оправдывает. Сколько здесь тепла в душе, нежности – не описать.

И действительность, гоголевская действительность. Ведь двести лет почти прошло, а в метафорическом плане гигантская лужа на центральной площади все еще с нами! И присутствия ни капли не изменились, разве что не свинья теперь может сожрать прошение, а просто потеряют, даже еще и будут тебе доказывать, что никакого документа ты и не приносил.

Приятно, приятно перечитывать, дышать прозой Гоголя. Великий мастер, необычный, самобытный в самом прямом значении этого слова.

В своей серии "Миргород" Николай Васильевич собрал разные жанры. "Старосветские помещики" можно отнести к мелодраме, "Тарас Бульба" трагедия и исторический роман, "Вий" мистика, ужасы, а Николай Гоголь - Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем комедия. Причем какая замечательная! Богатейший, великолепный русский язык!

Два друга, соседи, милейшие и добрейшие Иван Иванович и Иван Никифорович поссорились из-за ерунды. Упрямство, нежелание уступить и на пустом месте разрастается конфликт. В ход уже идут оскорбления, поминание прошлых "грешков", даже и неподозреваемых обвиняемым, раздел территории, нанесение ущерба имуществу, судебные тяжбы на долгие-долгие годы, до конца жизни. Вздор и нелепица, если посмотреть со стороны. А сколько таких ситуаций в жизни? То соседи по даче годами судятся из-за полоски земли или не разговаривают по причине, что твой козел мою капусту съел. Родные брат и сестра становятся врагами после смерти родителей, потому что не могут старый Жигуль поделить, у тех, кто побогаче ставки повыше, но суть та же. Друг детства давно уже деньги одолжил и не отдает, мы, конечно же, продолжаем видеться, но отчего-то настроение портится, как вспомню. И на все на это уходят силы, здоровье, время. Близкие уже советуют "уступи". Кто, я? Ни за что, я же прав!!!

Может стоит всем чаще читать классику. Иногда, ой, как надо взглянуть на себя со стороны. Подумать, переосмыслить свою житейскую ситуацию, понять, что "худой мир лучше доброй ссоры". Жизнь слишком быстротечна, чтобы тратить ее на выяснение отношений с близкими и не очень людьми. Повздорили, помиритесь, найдите в себе силы простить, протяните руку первым.

Заканчивает свою повесть Гоголь. Откуда же берется эта скука, если так смешно? Да потому, что смех этот сквозь слезы.

Самое смешное произведение Гоголя, из тех что пока успел прочитать! Не буду лишать вас удовольствия и прикушу свой спойлерный язык. Смех да и только! Приведу лишь один пример; одна из глав называется так:

Если у вас неизвращенное камеди клабами чувство юмора, вам очень понравится данная повесть. Посоветую её тем, кто уже знает "Мёртвые души", "Вечера на хуторе близ Диканьки" и размышляет, чего бы такого ещё у Гоголя прочитать. Что-что Вы говорите? Не хотите? Да Вы, читатель, настоящий гусак!

Язык повести мне понравился. В детстве много чего прочитано у автора, но немногое помнится.
За это произведение взялась, т.к. дочке задали на каникулы прочитать. Вот, интересно, оценит ли она в юном возрасте или нет?!

Не буду раскрывать подробности сюжета. Из названия видно, в чём суть дела. Местами читаешь и смешно становится.
А, ведь, всегда так и бывает, если ссора, то из-за пустяка. Чем пустячней ссора, тем сложней помириться, вернуться хоть к каким-нибудь отношениям.

Про/перечитайте, если хотите немного повеселиться ;-)

Гоголя я обожаю со школы, но в отношениях с ним имеются кое-какие пробелы.
Отлично помню, как мы в обязательном порядке читали "Тараса Бульбу" и факультативно (в составе списка на лето) еще "2 любые повести из цикла "Миргород". Конечно, я первым делом выбрала "Вия". А потом отчего-то сопроводила его "Старосветскими помещиками", то ли испугавшись длинного названия, то ли просто внаглую манкировав "Повестью о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем".
Время шло, я периодически взахлеб перечитывала "Вечера на хуторе близ Диканьки", но по-прежнему игнорировала сиротливо забытую последнюю часть "Миргорода".
К счастью, игры на Лайвлибе расширяют горизонты и закрыть этот гештальт мне всё-таки удалось. Хотя бы сейчас.

Что ж, Николай Васильевич никогда не подводит.
История о том, как двое соседей сначала дружили взахлеб на радость всей округе, а потом один попытался выцыганить у другого ружье, за что был обруган "гусаком" и спровоцировал судебную тяжбу, растянувшуюся на десятилетие с лишним, отличается всеми теми чертами, за которые я когда-то полюбила этого писателя.
Номер раз - превосходный слог без лишних, бесконечных в своей красоте и изворотливости слов, которыми порой грешит литература. (Да, я сторонник кратких, точных формулировок и пространства для читательской интерпретации и не отступлюсь от собственных убеждений ради какого-то засевшего в мозгах многих современных читателей Макса Фрая.)
Номер два - острая социальная сатира, подаваемая с гарниром из обобщенных портретов народонаселения под соусом из некрасивых поступков и двусмысленного поведения.
Номер три - юмор, то и дело проскальзывающий в характеристиках персонажей и даже просто в строении фраз.

Славная история получилась у Гоголя! отличнейшая! А какие образы! Фу ты, пропасть, какие образы! яркие, с усмешкой! Я ставлю бог знает что, если у кого-либо найдутся такие!

Приятного вам шелеста страниц!