Забытый сад

Вблизи тетя была прекрасна. То был тип красоты, при котором каждая черта совершенна, но целое почему-то не столь чудесно.

Лил всегда верила, что долг человека — извлечь лучшее из положения, в которое он попал. «Без толку гадать, что могло быть, — говаривала она, — важно только то, что есть». Очень верно для Лил, которая знала всю правду о себе.

Его взгляд задержался на ее глазах, затем быстро упал на губы. Сердце Кассандры бешено забилось. Кристиан отбросил лопату и потянулся к ее щеке. Он наклонился, и она закрыла глаза. Из груди Кассандры вырвался вздох, полный тяжести томительных лет. Когда Кристиан поцеловал ее, Кассандру поразила его близость, его надежность, его запах. Он пах садом, землей и солнцем.

Кристиан погладил ее по волосам и взглянул в лицо с такой уверенностью, что она затрепетала.
— Я ждал тебя, — наконец сказал он.
Кассандра взяла его за руку. Она тоже ждала его.

Кассандра продолжила изучать рисунок, гадая, откуда такая уверенность в скорби лиса. Конечно, дело в мастерстве художника, в способности через точное расположение тонких черных линий ясно выразить столь сложные чувства.

— Так друг обратился во врага, — прошептала Аделина безжалостному зеркалу.

" ... книги, книги, книги. Они были слабостью Нелл, ведь у каждого торговца есть слабость. В особенности она любила те, что были написаны в конце 19века. Книги поздневикторианской эпохи, с чудесными печатными текстами и чёрно-белыми иллюстрациями. Ещё лучше, если в книге было посвящение от дарителя. Свидетельство прошлого, намёк на руки, через которые книга прошла на своём пути в лавку. "

Всё дело в морском воздухе. Он благотворен для души.

Разве не дар Божий – иметь возможность сметреть вперёд и не оглядываться?

Не то чтобы она была гадкой, скорее, у нее развился дар отстраненности: способность смотреть со стороны и наблюдать за происходящим без проявления эмоций.

Долг человека — извлечь лучшее из положения, в которое он попал.

Счастливы те, у кого много хлопот, ведь их умам не хватает времени искать горя.

Господь считает всех овец своими, даже испорченных

в прекрасном саду, который создала Элиза и вернула Нелл, Кассандра нашла себя.

Моя любимая кузина была так взволнована, что невозможно было не заразиться ее энтузиазмом. Иногда мне кажется, что ее живости хватило бы на нас обеих, и это очевидно, ведь я слишком часто пребываю в унынии.

После стольких лет надежды, стольких месяцев болезней, тревог и ограничений я держу на руках свое драгоценное дитя. Все остальное блекнет по сравнению с ней. Она совершенна.

Лайнус поднял глаза, которые заволокла знакомая пелена отрешенности, и откусил еще хлеба.

Аделина отогнала дурные предчувствия, продолжавшие терзать ее изнутри, и сосредоточилась на том, чтобы вернуть самообладание. Она всегда была особенно чувствительна ко всему, что касалось Розы, — как и все родители, у которых хрупкий ребенок.

— Я искала самую серую мышку на свете, лучше всего набожную, в надежде, что часть ее качеств перейдет к Джорджиане. Я и не подозревала, что моя редкая птичка упорхнет, а мышка займет ее место. Вероятно, я должна тебя поздравить. В конце концов, ты победила, не так ли, леди Мунтраше?

— Черного кобеля не отмоешь добела, а беспризорной сиротке не расцвести розой. Но мы должны сделать все возможное, ее надо хорошенько отчистить. Ты даже не представляешь, дитя мое, каким влияниям подвергалась эта сиротка. Она жила в Лондоне среди ужасного падения нравов и порока.