Флорентийская чародейка

Воевода Валахии Влад Третий, он же Дракула, он же Вампир и Казикли-бей, считался непобедимым. Шептались, будто он высасывал кровь посаженных на кол людей, и это давало ему сверхъестественную силу. Он был бессмертен, его невозможно было убить, и о его злодействах ходили легенды. Рассказывали, что для устрашения он послал венгерскому государю отсеченные носы плененных им венгров. Все эти рассказы внушали ужас, и поход на Валахию никого не радовал. Для поднятия духа султан распорядился раздать янычарам тридцать тысяч золотых и объявил, что в случае победы им будут возвращены их прежние имена и дано право владеть землей. Дракула уже успел сжечь всю Болгарию и посадить на кол двадцать пять тысяч человек, но у него армия была значителъно меньше, чем у султана Османской империи. Он начал отступать, оставляя за собой выжженные земли, отравленные колодцы и перебитый скот. Отряды cyлтана нередко оказывались без пищи и воды, и тогда валахское чудовище совершало на них неожиданные нападения. Войско несло большие потери, и множество воинов приняли мучительную смерть на дубовых кольях. Дракула заперся в Тырговиште, и султан объявил, что пора покончитъ с этим дьяволом.
Однако у Тырговиште их ожидало ужасающее зрелище: бревенчатый палисад крепости был утыкан телами. Двадцать тысяч мужчин, женщин и детей посадили на колья с целью устрашения неприятеля. Мертвые младенцы висели на руках мертвых матерей, и вороны уже вили гнезда там, где некогда у женщин были груди. Этот лес мертвецов вызвал у султана такое отвращение, что он отдал приказ перепуганным отрядам повернуть вспять. Кампания грозила завершиться бесславно, но тут из рядов со своими верными слугами выступил наш герой. «Мы сделаем что требуется», — сказал он и через месяц вернулся в Стамбул с головой Вампира в кувшине с медом. Тело его было насажено на кол точно так же, как он проделывал это с десятками тысяч других людей. Его оставили монахам Снагова для совершения тех церемоний, которые они сочтут нужными. Вот тогда-то султан и понял, что герой — существо сверхъестественное и оружие у него заговоренное и слуги у него тоже не простые смертные. Герой был удостоен высшего звания «Носитель магической сабли», и ему вернули свободу. «Отныне, — провозгласил султан, — ты моя правая рука и такой же сын мне, как и все зачатые мною. Ты теперь не раб и не мамлюк, отныне ты турок и будешь зваться паша Аркалия».

«Счастливый конец, как и полагается в любой сказке. — не без иронии подумал Макиа.

— Искусством расцвечивания, отбеливания и нанесения узора на зубы, ногти и тело женщина обязана владеть в совершенстве, — продолжал император. — Она должна знать, каким образом установить на полу бокал из цветного стекла так, чтобы он не опрокидывался; должна уметь правильно обрамить и повесить картину, нанизать ожерелье, составить букет и сплести венок или гирлянду. Ей следует знать всё о сохранении воды чистой. Ее долг — разбираться в запахах и в том, какие украшения нужны для ушей. Кроме того, она должна владеть актерским мастерством, а также быть искусной кулинаркой, уметь делать шербет и лимонное питье, знать толк в драгоценностях, уметь закручивать тюрбан и, разумеется, быть искушенной в магии.
...Могор сказал:
— В моем родном городе знатную женщину ценят прежде всего за скромность. Она ни в коем случае не должна допускать, чтобы о ней сплетничали, обязана быть верной, стыдливой, целомудренной и милосердной. Во время танца ей не следует делать резких движений, в ней не должно быть ничего от звучания медных труб и грохота барабанов. Рисовать ее рекомендуется безо всяких вольностей, улавливая лишь чисто внешнее, весьма отдаленное сходство, и прическа у нее должна быть строгой.
Император, уже почти заснувший, презрительно фыркнул.
— Ваши знатные мужчины, должно быть, подыхают с ними от скуки, — пробормотал он.
— Зато наши куртизанки полностью соответствуют вашему идеалу, — отозвался Могор, — за исключением разве что фокуса с бокалом из цветного стекла.

...рабыня жестами стала изображать, будто идет по коридорам, поворачивает, входит в двери, а затем вдруг начала говорить на чистейшем итальянском:
— Вначале друзей было трое: Никколо Макиа, Агостино Веспуччи и Антонино Аргалья. Все их детство прошло в волшебном лесу.
У Аго затряслись коленки.
— Откуда она знает об этом? Где она могла это услышать? — вскрикнул он.
Макиа, однако, догадался, в чем дело, главным образом благодаря бесценной отцовской библиотеке ... Макиа произнес:
— Цицерон утверждает, что подобная техника запоминания была изобретена греком Симонидом Кеосским. Однажды он ушел с пира, на котором присутствовало множество знатных особ, за минуту до того как в зале рухнул потолок, похоронив под собою всех до единого, Когда потом его попросили перечислить присутствовавших, он назвал всех, потому что точно помнил, где кто сидел.
— Что это за способ такой? — спросил Аго.
— Он именно так и называется — дворец воспоминаний. Мысленно ты возводишь здание, изучаешь все его ходы, переходы, комнаты и обстановку, а затем закрепляешь за каждым предметом какое-нибудь конкретное воспоминание. Таким образом, совершая воображаемый обход дворца, ты вызываешь в памяти нужные тебе в данный момент сведения со всеми деталями.
— Но эта женщина называет дворцом себя, — возразил Аго, — как будто само ее тело — вход в хранилище воспоминаний.
— Что ж, это может означать только одно, — сказал Макиа, — кто-то очень постарался и возвел ей дворец такого размера, что для ее собственных воспоминаний места уже не осталось: ее память либо вообще истреблена, либо заперта в каком-нибудь чулане. Таким образом ее и вправду превратили в хранилище воспоминаний другого лица.

"Ты твердишь только о любви между мужчиной и женщиной, - говорил падишах, - нас же волнует любовь народа к своему правителю. Мы желаем, чтобы нас любили". - "Такая любовь непостоянна, - отвечал его собеседник. - Сегодня вас любят, завтра могут позабыть или возненавидеть". - "Тогда что же делать? Стать жестоким тираном? Править так, чтобы тебя возненавидели?" - "Зачем? Достаточно того, чтобы тебя боялись, ибо страх более живуч". - "Ты дурак! - воскликнул падишах. - Всем известно, что страх и любовь неразлучны".