Ожидание забвение

"Когда я с вами говорю, кажется, будто все то во мне, что меня прикрывает и предохраняет, меня покинуло, оставив беззащитной и очень слабой. Куда переходит эта моя часть? Не в вас ли она обращается против меня?"

Ласкающий кожу темный бархат штор, мягкий, слегка приглушенный свет, теснота узкого гостиничного номера, видавшего всякое: ослепляющие пороки и желания, неистовую страсть, бесконечную усталость, горечь от разбитых надежд... Сегодняшняя сцена, которая развернется в его строго очерченных рамках, точно будет особенной.

Он и Она. Пожалуйста, не надо никаких имен. К чему здесь эти условности? Пусть все останется между ними, для них и вне их. Все забудется, канет однажды в небытие.

Всего одна ночь. Не любовь. Не дружба. Даже не вспышка страсти. Откуда им взяться за мгновение знакомства? Ничего. Холодный разум. Незнакомцы. Чужаки. Влечение душ - непонятное поначалу, кажется странным. Неужели те самые родственные половинки, искавшие друг друга всю жизнь? Влечение, сразу и бесповоротно отрезающее возможные пути к отступлению. Не сейчас - уже слишком далеко. Влечение, заставляющее совершать немыслимое для себя прежнего.

Всего одно слово-приглашение, сказанное вскользь и будто между делом, так, ненароком, не надеясь на ответ.

"Приходите".

Пришла.

Долгая ночь. И разговоры-разговоры-разговоры-разговоры, до самого утра. Чтобы сделать вид, что ошибки не было...

Россыпь парадоксов слетает с губ, полунамеки щекочут воображение. Кажется, знают друг о друге все, хотя встретились точно впервые - в этой жизни, по меньшей мере.

Заканчивают мысли друг за друга, видят и чувствуют гораздо больше, чем положено.

Ожидание нехотя сменяет забвение. Или наоборот? Они попеременно сыграют их, эти выученные за годы роли. Он - бесконечное ожидание (любви, идеала, свободы от одиночества). Она - забвение (вынужденное - кому хочется помнить букет страданий?) Завтра все изменится. Она попросит и будет ждать выполнения просьбы. Он попытается забыть. А может, все останется как есть и персонажи прекрасной постановки, режиссером которой выступила сама жизнь, еще сто раз переиграют эту пьесу. Уже без нас, без зрителей, для себя.

Забвение в итоге окажется даром, счастьем, наградой за выстраданное. А тело, окажется, отдать гораздо легче, чем приоткрыть незнакомцу душу.

"Сделайте так, чтобы я могла с вами говорить!" - срывается в отчаянии.

Он непременно это сделает, но, видимо, совсем не так, как ожидалось. Уколет, чтобы заставить ревновать.

"Кто Вы"?

Он не ответит. Отшутится. "Не тот, кто Вам нужен".

"Я хочу быть забытой именно Вами", - извечное женское лукавство и извечная же мужская лесть в ответ.

"Не оставляйте меня!" - классика мятущейся женской души, пожар и медленное тление.

Ни один вопрос так и не найдет себе в пару ответ. Летят в пустоту.

Вместо ответа - каламбур, внимательный взгляд

Больше забвения и ожидания ему нравится, как выяснится, безмолвие, где фоном уже так откровенно высказанная ею неоткровенная истина. Камнепад слов и впервые не от него, писателя. От незнакомки, так удачно прервавшей период его одиночества (а может, быть усилившей это одиночество своим присутствием в его жизни и в его номере). Больше ее самой ему нравится лишь ее "явленность", ее зримость, ее нахождение с ним сейчас.

Что еще нужно для счастья? Разговоры-разговоры-разговоры-разговоры...

Неосторожно заигрывающие с вечностью (разговоры о смерти так же, между делом) и с чувствами друг друга. Ускользнуть - выскользнуть - от ответа. Продолжать вместе ждать непонятно чего... Чуда, быть может? Чуда не случится. Не в этой жизни.

Однажды все же закончатся километры слов. Гостиничный номер выпустит наконец-то их из своих крепких объятий. Из узкой комнаты вновь выйдут два одиночества и разойдутся в разные стороны - каждый в свою жизнь...

Обещанное забвение не придет по мановению волшебной палочки (или же придет, но не столь скоро). На сердце останутся шрамы - от так и не случившегося счастья. Воспоминания будут жить, несмотря ни на что. Разве такие красивые речи можно забыть?

«Вы меня забудете?» — «Да, я вас забуду». — «А как вы уверитесь, что меня забыли?» — «Когда вспомню о другой». — «Но вы вспомните опять же обо мне; мне нужно больше». — «Вы и получите больше — когда я уже и о себе не вспомню».

Вот и мне, чувствую, не скоро удастся позабыть и вычеркнуть из памяти этот замечательный философский сборник французского писателя Мориса Бланшо. Центральным произведением книги стало заглавное "Ожидание забвение", в нее также вошли коротенький рассказ автора (мне не понравился) и ряд критических статей об его творчестве (вот с ними познакомиться тоже было любопытно - автор для меня новый, незнакомый, удивительный, хочется знать о нем все).

Невероятно воздушная, легкая книга, местами непонятная, чертовски загадочная, как и положено душе - в основу повести, мне кажется. и положен разговор двух душ.

В критических статьях, расположенных в сборнике, много рассказывается о символизме этого произведения, подтексте и прочем. Философия - не моя сильная сторона. Я им наслаждалась с чисто литературной точки зрения. Поэтичную зарисовку из жизни вряд ли можно счесть сказкой для взрослых, именно так я часто называю любовные романы. Жизненным и правдоподобным показалось мне это произведение (сам автор называл его "рассказом"; впрочем, он и цикл "В поисках утраченного времени" Пруста тоже считал рассказом; я же говорю: весьма любопытный автор этот Морис Бланшо). Я вместе с героями тонула в этих бесконечных диалогах, часто пытаясь отыскать смысл, логику там, где их не могло быть по определению. Я была очарована магией этой одной-единственной ночи, сделавшей - пусть на время - двух незнакомых людей такими близкими. Я не могла не оценить красоту слога и образность книги. Да, под конец, признаюсь, это немного утомляло (оттого и минус полбалла), но до чего же у нее все-таки приятное послевкусие, когда в голове, уже после прочтения, они словно продолжают жить. Люблю такое - восхитительно нежное, тонкое, чувственное. Волшебное. И сразу - в лучшее.

"Дай мне это". Он вслушивается в это распоряжение, словно оно исходит от него, ему предназначаясь. "Дай мне это". Слова, которые не похожи ни на просьбу, ни, в действительности, на приказ, нейтральная и бесцветная речь, которой, как он не без надежды чувствует, противиться он будет не всегда. "Дай мне это".

«Сделайте так, чтобы я могла понять». - «Но что мне для этого сделать?» - «Убедите меня, что я могу понять». - «Ты уже поняла». – «Но это бессмыслица!» - «Что мы знаем о смысле?» - «Невозможно понять то, что нельзя прочитать» - «Это единственно существующая возможность понимания». – «Но книге нужен читатель». - «Нет никакой потребности в чтении. Книга существует сама по себе». - «Сделайте так, чтобы я могла понять». Понимание сожаление… Прочитаешь – и от книги ничего не останется, ничего не останется вообще. Безмолвие. Пустота. «Процесс чтения ничего не меняет и ничего не добавляет к тому, что уже есть».

Эта книга прекрасна. Мужчина и женщина говорят всю ночь. Хотя по-сути - не говорят ничего. Их диалоги напоминает больше монологи, обрывки тишины, или максимум - шёпот.

Сделай так, чтобы я могла с тобой говорить

Здесь нет ни сюжета, ни конфликта, ни какой-либо интриги. Даже место действия не совсем настоящее. Женщина постоянно просит мужчину описать комнату, хотя сама там и находиться. Чего они ждут? Кого они ждут? Бланшо пишет фрагментарно. он почти не пишет. Это не роман. не повесть. не рассказ. Это больше. Значительно больше. Когда читаешь "Ожидание забвения", читаешь будто пустоту, смотришь прямо в лицо ей. Чтобы узнать то, что уже знаешь. И услышать то, что уже слышал раньше. Неисчисляемое население пустоты Раз уж мы здесь, так давайте подождем вместе.

- Вы меня забудете? - Да, я вас забуду.

гениально.