Цитаты из книги Пандора в Конго

Она уходила в темноту, в сторону мира тектонов. На земле остались две слезы, которые превратились в алмазы размером с бейсбольный мяч. Маркус спрятал их в одном из карманов одеяния тектонов.

Мне надо вернуться домой и писать свой роман, переписывая его, если понадобится, тысячу раз, до тех пор, пока не получится настоящая книга.

Согласно одному давнему закону, который стали вновь применять с началом войны, бывшим воспитанникам казенных детских приютов вменялось в обязанность служить в армии, чтобы возместить затраченные на их воспитание государственные средства.

– Господин Томсон, я не мог выстрелить в него, потому что я не убийца.

– Я никуда не пойду без нее. А с ней мне идти некуда.

Невозможно разговаривать с тем, кто тебя не слушает.

– Белые всегда так себя ведут, – размышлял вслух Пепе. – Они заставляют нас носить грузы и работать на шахтах. А сами богатеют.

– В сельве нет львов ...

Эта девушка пришла из другого мира, на нее не распространялись наши предрассудки.

Крах и падение следует защищать от вездесущей толпы.

Снежно-белая девушка в действительности явилась тем критическим оком, которое изменяло людей, на которых смотрело.

– Я не могу пойти против Краверов. Никто не в силах что-либо изменить.

И когда она говорила с Маркусом таким тоном, когда обращала на него полный негодования взгляд, ее речь означала: ты тоже – часть этого порядка, Маркус Гарвей, ты готовишь еду для убийц.

– Он говорит, что белые люди опаснее самой страшной опасности. Он говорит, что белые убивают людей только тогда, когда никто их об этом не просит, и не убивают, когда их об этом попросишь.

– Он говорит, что сам не знает, зачем живет так долго. Смерть, если разобраться, вовсе не так страшна. Люди живут, а потом умирают, а когда умирают, то превращаются в праотцов.

– Стариков всегда надо слушать.

Этот человек мастерски подчинял себе логику; он умел подобрать доводы так, чтобы все реальные события оказались ему на руку.

– Я спрашиваю, – прокричал я, сложив руки рупором, – против кого мы воюем?! Клерк развел руками: – Все воюют со всеми! В войну включилась вся Европа!

– Вы дикий анархист! Основная масса писателей – это профессиональные подхалимы. А я на свою голову нанял настоящего писаку-террориста!

Ожидать, что простой конюший восстанет в одиночку среди джунглей против двух аристократов, означало бы требовать от Маркуса не просто порядочности, а совершенно невероятного героизма.