Цитаты из книги The Jacket

Я могу только констатировать подобные проявления ума и воли и заключить, как я не раз заключал, что в них-то и таится реальное. Только дух реален. Плоть – фантасмагория, видение. Я спрашиваю вас: каким образом материя, или плоть, в какой бы то ни было форме может играть в шахматы на воображаемой доске воображаемыми фигурами, через пространство в тринадцать тюремных ка мер, заполняемое только стуками?

Вордсворт знал эту тайну. Он был не ясновидящий, не пророк, а самый обыкновенный человек, как вы, как всякий другой. То, что знал он, знаете вы, знает всякий. Но он необычайно талантливо выразил это в своей фразе, начинающейся словами: «Не в полной наготе, не в полноте забвенья...»

Человек,однажды ослабев,затем уже ослабевает медленнее.

Разве ты не знаешь, что рано или поздно каждому приходится хоронить своих мертвецов?

О, эти веры! Вечная погоня за постижением Таинства.

Вот так человеческий зародыш за десять коротеньких лунных месяцев с необычайной быстротой повторяет в бесчисленных подобиях, умноженных на бесчисленное количество раз, всю историю органической жизни - от растения до человека; вот так подросток за краткие годы отрочества в проявлениях жестокого дикарства повторяет историю первобытного человека - от бессмысленного желания мучить слабейших до племенного самосознания, проявляющегося в стремлении организовывать шайки...

Жизнь пластична. И в то же время она ничего не забывает.

Я был в Иерусалиме - в городе, охваченном горячкой безумия, и меня окружали люди, неспособные отделить идею государства от идеи Бога.

Женщина чарует наши чувства, и из этого рождается страсть, являющаяся своего рода сверхчувством.

«Я заметил, что в этой стране каждый называл своего ближнего сумасшедшим. И в самом деле, на мой взгляд, все они смахивали на помешанных.»

«Нет, у меня мало уважения к смертной казни. Это не только грязное дело, унижающее наемных псов, творящих его за деньги, – оно унижает республику, которая терпит смертную казнь, голосует за нее и платит налоги на поддержание ее. Смертная казнь – глупое, грубое, страшно ненаучное дело. «Повесить его за шею, пока он не умрет» – такова своеобразная юридическая фразеология…»

«Чтобы изобрести смертные грехи, нужен был человек, с его воображением и его властью над материей.»

«Иногда мне кажется, что история человека – это история любви к женщине.»

Грубая физическая пытка нанесла страшный удар, унизила, оскорбила мою душу и мое чувство справедливости.

«Поверьте мне, когда я говорю, что и сейчас людей убивают в тюрьмах, как их убивали всегда – с той поры, как люди построили первые тюрьмы!»

«Быть умственно здоровым – значит быть способным забывать. Вечно же помнить – значит быть помешанным, одержимым.»

Дрессировка - вот единственное, что в духовном смысле отличает современного человека от дикаря, жившего десять тысяч лет назад.

Под тонкой пленкой нравственных понятий, которой современный человек покрыл себя, он все тот же дикарь, каким был десять тысячелетий назад.

Нет, я не испытываю уважения к смертной казни. И не только потому, что это — мерзость, превращающая в зверей тех, кто приводит в исполнение смертный приговор, получая за это жалованье, а потому, что она превращает в зверей, унижает тех, кто допускает это, подает свои голоса за это и платит налоги для того, чтобы это совершалось.