Любовь-морковь и третий лишний

– Вы любите животных? – другим, ласковым тоном осведомилась Каролина Карловна.

– Да, – кивнула я, – но, увы, кошек у нас нет, вот переедем в собственный дом и обязательно заведем.

Епифан положил голову мне на плечо и замурлыкал еще громче.

– Но с самой героиней поговорить не смогла. Она умерла.

– Так.

Бесконечное «таканье» стало меня раздражать, но злить Каролину Карловну никак нельзя; улыбаясь, как японка на свадьбе, я продолжала:

– Я вынуждена по крупицам собирать данные о даме.

– Господи! – всплеснула руками Варвара Михайловна, с ловкостью трехмесячного котенка кидаясь к большому шкафу. – А нам Каролина не нужна! У меня столько снимков! Сейчас все вам продемонстрирую.

– Зачем ты, Мусенька, так кричишь? – с укоризной воскликнул старичок. – Согласен, я, конечно, старый пень, но уши у меня пока мхом не заросли, великолепно слышу окружающих!

– Ладно, – приободрилась стриптизерша. – Николаааич! Ну-ка, расскажи нам про Курляндскую! Адрес ее можешь назвать? Ау-у! Николаи-и-ич! Старый пень! Ау-у-у!

Ноги майора, туго обтянутые лосинами, бойко двинулись вперед, я топала сзади, гордо неся высоко поднятый хвост.

– Если пачка с хвостом тебе так нравится, отчего бы самой не нацепить ее? – нашла я нужный аргумент. – Съезди в магазин лично, явно лучше меня выберешь шмотки!

– Не идиотничайте, – взревел Вовка, – ваш заказ через три месяца придет.

Я сидела тихая, как нашкодивший щенок, но потом вдруг сообразила:

– Может, есть служба доставки одежды на дом?

Ну, типа пиццы. Заказал, к примеру, джинсы, их и привезли.

– Да, – оживился Сережка, – по каталогу, и как мы раньше не догадались.

– Давай телефон! – заорала Юлечка.

– Прямо тут снимай, – бесновалась Лиза, – никуда не отпущу! У меня из-за тебя жизнь рушится!

Делать нечего, пришлось прилюдно разоблачаться.

– А теперь, – гордо выпрямив спину заявила Альбина, – ты должен убраться отсюда!

Павлик заморгал.

Во всем остальном Ожешко казалась вполне нормальной, она даже повеселела, вот только начисто отказывалась считать мужа мертвым, могла сказать знакомым:

– Женечка в командировке.

Альбина Фелицатовна не изменила своим привычкам, она по-прежнему вставала в шесть, накладывала на лицо макияж и варила супругу какао.

– Дорогой, – кричала вдова, – завтрак на столе!

Настя и Павлик вздрагивали, но ничего не говорили.

– Ничего, ничего, я согласна! – воскликнула страшно нуждавшаяся в заработке Настя. – Только к кому меня зовете? Димочка-то уже совсем взрослый.

– Дима умер.

Не так уж просты и хороши были отношения между членами семьи, как казалось на первый взгляд.

– Нет, нет, не волнуйтесь.

– Давайте я вам чаю налью!

– Спасибо, – согласилась я, ощущая ужасную усталость. – Никого не осталось: ни Альбины Фелицатовны…

Настя со стуком поставила чашку.

– Откуда вы знаете эту мерзавку?

– Альбину Фелицатовну?

– Ну да!

– Долгая история.

– Расскажите, – потребовала девушка.

– Навряд ли вы от меня так быстро заразились! – воскликнула Настя.

Я села в машину и стала искать невесть куда завалившийся мобильный.

Впрочем, осуждать родителей, потерявших до Павлика двоих детей, никто не стал.