Allegiant

Гордость ослепляет нас и не дает нам понять правду о самих себе.

Произнесение ее имени по прежнему причиняет мне не большой приступ боли, щепотку, что позволяет мне знать, что память о ней все еще дорога мне.

У каждого есть плохая сторона, дьявол, сидящий внутри человека, и первый шаг на пути к тому, чтобы полюбить кого-то — осознание того, что такой же дьявол есть и в нас самих. Так что мы можем простить им это.

Я понимаю, что красные огоньки — это люди: они исчезали и их огни гасли. Мой ум отказывается осознать подобное количество жертв.

Тишина как будто придает смысл трагедии. Слова побуждают к тому, чтобы как можно скорее всё забыть и начать жить дальше.

Невозможно стереть свое прошлое.

В детстве я был убеждён в том, что каждый из нас может сломаться в любую секунду и никто не избежит повреждений. Но теперь я узнал, как это исправить: мы просто чиним друг друга.

От одного тирана к другому. Это мир, в котором мы теперь живем.

Иногда, приходиться сражаться за мир.

Когда вам приходится выбирать между двумя плохими вариантами развития событий, вы выбираете тот, который сохранит ваших любимых.

Дивно усвідомлювати, що всі ми ходимо під одним небом, та геть усі різні.

To the Abnegation, power should only be given to people who don't want it.

"Если я не выживу", - говорю я, - «Скажи Тобиасу, что я не хотела его оставлять".

Альтруист пожертвует собой ради вас только в том случае, если для него это последний способ показать, что он вас любит.

Гордость ослепляет нас и не даёт нам понять правду о самих себе

... его черные волосы взъерошены как-то по особому. Похоже, он потратил бездну времени на то, чтобы добиться впечатления, будто только что встал с кровати.

каждая фракция теряет что-то, получая свою добродетель: лихачи смелые, но жестокие; эрудиты - умные, но самовлюбленные; члены Товарищества - миролюбивые, но пассивные; правдолюбы - честные, но эгоистичные; альтруисты - самоотверженные, но упрямые.

-  Вопрос в том, - изрекает Мэтью, - есть ли что-то, ради чего мы готовы пожертвовать жизнью.

-  Ничего. Знаешь, тишина - это прекрасно, - произносит она.
И мы оба молчим.

Я пытаюсь придумать способ сбежать от нового кошмара, который сам же и устроил, но, как я ни изощряюсь в логических построениях, выхода не нахожу.