Цитаты из книги Вивьен Вествуд

Я пишу это, устроившись под вешалкой с одеждой, - а надо мной висит куча платьев стоимостью девяносто тысяч фунтов стерлингов.

... так что я считаю опасным недооценивать кого бы то ни было, считая, что у него не может быть мнения просто потому , что этот человек из якобы "неправильной" сферы.

«В моих вещах, - говорит мне Вивьен, - заключена вся история. У них своя индивидуальность. У них свой характер и цель. Поэтому они стали классикой. Потому что они продолжают рассказывать историю. И до сих пор ее рассказывают.»

… при помощи социальных сетей ты можешь повлиять на какие-то события, повлиять на политику. Ты можешь поставить под вопрос нынешнее положение вещей, например, "WikiLeaks". Такое возможно только в интернете. 

Лучший способ чему-то научиться - сделать это самому.

Мне кажется, я добрая. У меня хорошее чувство юмора - и я с удовольствием веселюсь и знаю: то, что забавляет меня, позабавит и других. Я люблю посмеяться над собой, правда, очень люблю. Не переношу шаблонности - это у меня от природы, - и мне не нравится делать что-то как все. Никогда не нравилось. Я эксцентрична и горжусь этим, горжусь, что я такая в наш век конформизма. А еще я ранимая и стеснительная - пока не выйду на люди!

Сочинители не создают своих творений из ничего, а всего лишь из хаоса. Мери Шелли. Предисловие к "Франкенштейну", 1831

Не думаю, что Малькольм был таким уж большим смельчаком. Если подумать, то, когда надо было что-то сделать, он всегдда отправлял меня. Как-то Малькольм захотел, чтобы я пошла в Музей мадам Тюссо и подожгла там фигуры "The Beatles": решил устроить выходку в стиле ситуационистов. Громкое "заявление". А сам при этом идти туда не собирался.

Внимание Розы к образованию внука, которое в лучшем случае можно назвать непоследовательным, изредка перемежалось вспышками морализаторства: она заставляла Малькольма читать "Джейн Эйр" и большой словарь и, что выглядит даже более странно, звала в гости Агату Кристи, далекую приятельницу семьи. Так что, пожалуй, ничего удивительного нет в том, что Малькольм старался держаться подальше от традиционного образования, испытывая недоверие к тем, кто пахал это поле.

"Лучшего времени, чтобы побыть подростком, просто быть не могло, - говорила Вивьен. - Мы сами придумывали значение образа и создавали его". Или, как потом сказал Малькольм: "Мы искали свое "я". Поколение Вивьен, жившее в Лондоне, первым связало воедино графическое искусство, моду, музыку и самосознание. А дальше история была истинно английской и старой как мир: появились группы инсайдеров и аутсайдеров, которых определяли по одежде.

Например, Малькольм был менеджером "The Sex Pistols", а в итоге открыл магазин на Кингз-Роуд, 430; сама Вивьен писала песни для "The Sex Pistols"; арт-директор коллектива Сара Стокбридж занималась имиджем для Сида Вишеса и параллельно придумывала рисунки футболок.

Правда, к 1960 году с тедди-боями было покончено. Позже к их стилю возвращались (это делала и Вивьен) как к чему-то "нарочито архаичному", но само это молодежное движение было безнадежно опорочено убийством Келсо Кокрейна в 1959 году.

Дома я читала Диккенса, а в школе мы проходили "Ветер в ивах", "Смерть Артура", "Макбета" и "Генриха V". Мне нравился Китс, меня очень тронула "Поездка в Индию", а еще Мопассан и Чосер. Мне казалось, они хорошо рассказывают о жизни и сексе и человеческих состояниях; об общем в частности.

"...Мама думала, что Вивьен слишком много читает и это плохо на ней сказывается. Так что, когда Вивьен было восемь или девять лет, она заставила ее выбросить все библиотечные карточки. Мама даже заплатила Вивьен за это: дала целых пять шиллингов, а это было ровно в пять раз больше, чем мы получали в неделю на карманные расходы. И вот какая у нас Вивьен: она взяла деньги - сумма была немаленькая! - и продолжила брать книги в библиотеке, одалживая карточки у друзей!"

Правда, я отлично чувствовала себя без компании, и мне всегда нужно было место, чтобы побыть одной. Только когда я одна, я могу подумать.

Чтение для меня - великая роскошь, и всегда ею было.

Мне интересны гении прошлого; те идеалы, которым люди хотели раньше соответствовать. Мне интересно каким они раньше видели окружающий мир.