Кокаиновые ночи

Ну что ж, весьма незаурядно. Казалось бы, читаешь рядовой детектив. Писатель приезжает в тихий курортный городок, чтобы разобраться, почему его брата обвиняют в убийстве пятерых человек, а он признает свою вину. Но чем дальше, тем больше понимаешь, что

за делом Фрэнка и жизнью в Эстрелья-де-Мар кроется нечто большее, чем можно увидеть на почтовой открытке с видами этого курорта.

А произведение все больше походит на экзистенциальную притчу, в которой автор выдвигает довольно дикую идею:

Определенный уровень преступности – необходимая составляющая жизни, она как грубая пища, без которой не будет работать желудок. Полная безопасность – это болезнь, которую порождает изоляция.

Вроде оригинально, неизбито, но сам сюжет меня почему-то не захватил.

6 из 10

Прочитал ее, я быстро. Понравился посыл автора, в какой-то мере разделяю его видение устройства нашего социального общества. Насилие, наркотики, преступность, порнография, проституция, как элементы стимулирования общественности, горе, как эталонный провокатор активности и объединения людей. Торжества и праздники построенные на трагедиях и катастрофах, но пользующиеся огромной популярностью.
Смотря на точку зрения со своей стороны, той самой, что находится где-то на задворках социальных слоев, скажу лишь, что есть и дыры у этой теории и конкретном описании места действия. Рассматривается в основном верхушка социальной пирамиды, нет не самый верх, а лишь персоны имеющие власть и средства большие чем у большинства людей среднего достатка. Картина в итоге слишком узкая, чтоб сделать полноценный вывод.
В любом случае книга стоит внимания и думаю, что можно провести параллель тождественности с нашим миром и временем, где трагедии происходят очень часто и как мы с вами наблюдаем не прекращаются и никогда не прекратятся и за ними, как крепко склеенная лента тянется шлейф насилия и преступности, наркотиков, порнографии и деградации, так необходимые общественности для активной жизни.

После прочтения книжки почему-то вспомнился старый и немного пошлый анекдот, только слегка адаптированный.

Посреди комнаты стоит круглый стол, накрытый зеленым сукном. За столом сидят четверо и играют в подкидного дурака. Это персонажи литературных произведений. Разных авторов, живших в разные годы. Но всем им скучно. Большой любитель животных, славный, добрый доктор Айболит отхлебывает пару глотков из бокала с односолодовым, потягивается с хрустом и мечтательно произносит: -Эх, сейчас бы взять на руки маленького котеночка, приласкать его, прижать к груди крепко-крепко, чтобы было слышно как бьется его крохотное сердечко. А затем его трахнуть. Полиграф Полиграфович Шариков вдруг очнулся от мутного забытья, выпил мутного самогону из горлышка штофа и сурово добавил: -А потом его придушить. Этих котов только душить и душить, душить и душить. Ганнибал Лектер стряхивает видимую только ему пылинку с плеча идеально сидящего смокинга и осторожно пробует старый коньяк из согретого в ладонях бокала: -После замариновать его в пряностях и долго-долго тушить на слабом огне. Сервировать с брусничным соусом и съесть. Внимательно слушавший с мечтательным выражением персонаж книги Балларда «Кокаиновые ночи» тихонько и с надеждой произносит: -Мяу!

Причем, персонаж книги может быть любым. Просто кто-то сказал бы «Мяу» тихо и словно бы немного стесняясь, а другой заорал бы требовательно «Мяу-Мяу-Мяу», демонстрируя, что право имеет. Книжка написана в 1996 году, когда мы поголовно жрали ножки буша, нашпигованные гормонами, антибиотиками и прочими ГМО. Думая при этом, что вот оно счастье, прийти в полночь домой, отработав на двух работах, и кинуть на сковородку ляжку буша с таким привлекательно желтоватым жирком на бедре.

А эти зажравшиеся европейские буржуины думали совсем о другом. Чем бы занять свое бесконечное свободное время под ярким солнцем у теплого моря. Надоело все. Какой интерес слушать эти дурацкие мальчиковые или девочковые поп-группы, поющие сопливые песенки на разные мелодии, но с одним и тем же текстом «Ты мое тепло, ты мое светло, я люблю тебя». Мы и сами спеть можем. Хором. Мурку. В католическом храме. Голые. Вот это забава.

Или вот еще театр или кино. Все одно и тоже. Одинокая домохозяйка (бизнес-леди, посудомойка, баба-коп) встречает не менее одинокого сантехника (биржевого брокера, лесоруба, угонщика-рецидивиста). Ну, иногда встречает двух, изредка трех. Дальше всегда одно и тоже, только в разном стиле. Где-то больше соплей, где-то других телесных жидкостей. Мы сами снимем кинище. Арендуем пентхаус в ближайшей гостинице с почасовой оплатой, возьмем в прокате камеру, а актерами будем сами. Главное, чтобы все было по Станиславскому - на 10 девчонок 9 ребят. Это создает интригу. Никаких сценариев. Все по ходу действия, интуитивно. Вот что-то Сара загрустила, ну-ка Хулио с Хуаном, вдуйте ей вдвоем, пусть девчонка улыбнется.

Про преступность. Её нет, поскольку все же свои, это просто мелкие шалости, чтобы людям было жить интереснее, чтобы добавить электорату перчику в обыденность. Ну а если нечаянно изнасиловали кого-то, так что она, стерлась что ли, как была, так и осталась. Какая психологическая травма? Она же под конец сама ржала «Гы-гы-гы». Какая истерика? Просто ей нравилось. Она всегда в тайне мечтала быть изнасилованной. Ну и что такого ужасного, если вдруг завалили кого-то случайно в шутейной потасовке, это же исключительно на благо общества. Все равно бы умерли когда-нибудь. Настоящему члену социума не должно быть в падлу умереть ряди развлечения сососаетников.

Тут, конечно, Баллард слегонца перегнул палку, выставляя себя пророком и ясновидящим. Предсказывая, что скоро вся Европа станет такой, отработал лет 10 и дальше долгий отдых и развлечения. Вкалывают роботы и бангладешцы, счастлив человек. Не учел человеческий фактор, роль личности в истории, исторический, мать его, материализм. Что не перевелись еще на земле нормальные лидеры суверенных государств. Вот хотя бы Ким Чен Ын, Рыгорыч или тот, кого нельзя называть. И пока они живы, они будут вставлять палки в колеса поганой глобализации. Так что окорочков на наш век хватит, нам их еще есть и есть. И, скорее всего, никогда все не переесть.