Цитаты из книги Чисвикские ведьмы

Когда хорошо проводишь время, оно идет быстро. Между прочим, это означает, что таких понятий, как преждевременная эякуляция, просто не существует. Особенно когда время идет очень быстро.

Пренебрежение правилами – путь к полному хаосу.

– Чувствую, что я… – Счастлив? – подсказал Уилл. – Да, именно так. Наверно. Я слышал о счастье, но никогда еще не был счастлив.

Уилл-второй сделал хороший глоток из кружки. Цвет его лица стал заметно более здоровым. Вот вам еще одна причина пить пиво, если других причин недостаточно.

– Я, собственно, не спрашивал вашего мнения, – заметил Уилл. – Меня не всегда требуется спрашивать. Я свободно выражаю свое мнение. И не требую за это платы, хотя не возражаю против скромных чаевых.

Это так же верно, как то, что заблудший велосипед созерцают сквозь огуречную пелену, – проговорил Рюн, – а пятнистая юность времен обитает в дверной ручке из макарон. Поразмысли над этими истинами.

Но зачем? – спросила миссис Старлинг. – Зачем они нужны, эти картины? Для чего? – Ни для чего. Они просто есть. Это высокое искусство. Прекрасные образцы достижений человечества. Ты просто смотришь на них и воспринимаешь такими, какие они есть.

– Ты славный парень, Уилл, – сообщил он. – Мы с твоей мамой очень тобой гордимся. Мы заботимся о твоем благе, ты же знаешь. – Никогда в этом не сомневался, – Уилл осторожно освободился. – Ну, разве что пару раз. Например, когда вы попытались продать меня в «Цирк-Фантастик» графа Отто Блэка, потому что маме понадобились деньги на очередной парик.

Пренебрежение правилами – путь к полному хаосу. Право голоса для женщин. Запрет на опиум. Даже, боже сохрани, отказ осуждать содомию. Не говоря уже о фроттеризме.

Образование, – говорил ему Рюн, – это то, что остается после того, как забудешь все, чему тебя учили.

А харизма, по большому счету, и есть то, чем различаются «никто» и «некто».

Семья Мастера Мэйкписа Скриббенса стала жертвой аномального электрического разряда. Это произошло в Брентфорде, прямо у них на огороде. Родителей поразило насмерть. Мастер Мэйкпис, крохотное беспомощное дитя, остался один-одинешенек. И непременно умер бы, но его подобрали улитки. Они выкормили его и воспитали.

– У вас славные глаза, ваша честь, – произнесла дама в соломенной шляпке. – Голубые, как синяки, и чистые, как совесть автора.

– Мистер Старлинг, – произнес Шерлок Холмс, – как я догадываюсь, вы недавно побывали в… – В Китае, – выпалил Уилл. – В уборной, – поправил Холмс. – У вас брюки расстегнуты.

В непосредственном подчинении у Шефа Полиции находился Старший Инспектор – белый мужчина по имени Сэм Мэгготт а Сэму подчинялись еще четверо Офицеров полиции, один из которых условно считался женщиной. Должность условной женщины Офицеры занимали по очереди. На этой неделе условной женщиной был Офицер Джон Хиггинс, который в настоящий момент сидел у телефона.

Знаешь, Тим, у всего есть светлая сторона. Давай ещё раз подумаем. Каков самый простой выбор? Хм... - Тим снова изобразил задумчивость. Самое простое — ничего не делать. Вообще

Образование, - говорил ему Рюн, - это то, что остается после того, как забудешь все, чему тебя учили.