Двор Шипов и Роз

Он затронул мою глубокую душевную рану. Она открылась , и оттуда полились слова, которые слышала только я. "Невежда, безграмотная девчонка, никчемность ,холодная гордячка!"- произносил язвительный голос Несты.

Я вдруг ощутила, что вместе с клятвой у меня отняли смысл жизни. Груз обязательств сменился опустошенностью.

– У сильных и жестоких тоже бывают свои слабости.

Вопрос мой звучал глупо, особенно после слов хозяина. Но мне хотелось предельной ясности.

Я и сама не ангел. И у меня случались минуты озлобленности, когда я могла ранить словом. По правде говоря , мы все вели себя не идеальным образом, и иногда это становилось особенно заметно.

Надо было не нестись сюда сломя голову, а поискать другой путь. Любой другой путь, только не этот.

Помня слова Ласэна , я пялилась на ствол вяза, стоящего в отдалении, и старалась думать о чем-нибудь приятном вроде горячего хлеба и сытого живота.

- А. Суриэль ведь не сказал тебе ничего стоящего, не так ли?
Эта его улыбка разожгла во мне нечто смелое.

• Он также сказал, что тебе нравится, когда тебя вычёсывают, и, если я умная девочка, я могла бы обучать тебя с лакомствами.

— Ткань платья и твои движения не повредят узоров, — пояснил Ризанд и наклонился ко мне, его зубы блестели возле самой моей шеи. — Я точно помню, где находились мои руки. Но если тебя захочет потрогать кто-то другой, скажем какой-нибудь верховный правитель, любящий весеннюю пору, я сразу узнаю.

Он слегка щелкнул меня по носу.

— Знаешь, Фейра, я очень не люблю, когда другие лапают то, что принадлежит мне, — вкрадчивым шепотом добавил Ризанд.

Бессмертие обрекает нас на скуку, а скука, как известно, мать всех безрассудств.