Цитаты из книги Боевая свора

Морган Бэрроу смотрит на меня. Он ни о чем не просит, его взгляд пустой, и именно это заставляет меня опять сжать кулаки.

Общий городской папочка. В него верят не меньше, чем в Господа Бога: даже там, где нет церквей, есть бюстики в лавровых и гвоздичных венках.

В проеме стоит Морган Бэрроу, мэр города. Под мышкой он держит маленькую корзинку зеленого винограда. Взгляд чуть более темных, чем виноградные ягоды, глаз окидывает нас троих, затем его свободная рука слегка откидывается, точно он собирается нас обнять. Впрочем, это формальность: почти сразу рука опускается, и мэр деловито идет навстречу. Ботинки, стоящие больше, чем все, что надето на мне, сияют чистотой.

"Хочешь искать свободу -готовся найти смерть".

Однажды он собрал осколки, на которые я разбилась. Только чтобы разбить ещё раз.

– Хотите? Библейские фрукты... к тому же препятствуют облысению, простуде и маразму. Бэрроу, отвечая на ее взгляд, – глаза у обоих почти одинаково зеленые – посмеивается и кивает: – Давайте-давайте, волшебница. Их пальцы соприкасаются. Потом почти одновременно Элмайра и Морган Бэрроу впиваются зубами в бледно-жёлтую сочную мякоть. Всё так же глядя друг на друга. Чёрт, она что, и его соблазнить хочет, или...

Глаза теряют свой яркий цвет, в котором и трава, и вереск, и заводи Большой Воды в летние дни. И мой дом. И моя жизнь.

В дверном проеме показывается лохматая голова. Бэни с потрясающей фамилией Кряк. Рыжая башка, зеленые глаза, чуть мохнатые заостренные уши. Вот кого не хватало, чтобы окончательно превратить происходящее в дурдом.

Надежда и обещание – двигатели политики и жизни.

Да, это возможно – построить королевство на обломках. Даже если это обломки тебя.

Я не очень доверяю кофе-брейкам, где никто не пьет кофе.

Элм нервно смеется и, выпрямившись, заглядывает Харперсону в глаза. – Вы ведь понимаете, что вы чудом выжили? Он отвечает с непоколебимой уверенностью: – Это потому, что я редактор. А это профессия для храбрых.

Ночь всегда наступает внезапно – проглатывает солнце и окутывает все вокруг, вываливается на асфальт и крыши, виснет на проводах.

Конечно, это лишнее – говорить о разрушенном доме. Все равно что ходить по его развалинам, поддевая ногами разбитые рамки фотографий и наступая на старые письма.