Дорога на Харбин

С товарищем Землянухиным нас связывает довольно неудачное знакомство, после которого я поставила крест (воображаемый) на авторе. Но, так уж вышло, мы снова с ним встретились, и я по крайней мере могу теперь с уверенностью сказать, что автор писать всё-таки умеет. Почему в другом своём произведении он составил о себе диаметрально противоположное впечатление, тут уж ума не приложу. Видимо не получилось, не фортануло.

"Дорога на Харбин" - вещь занятная. Время и место действия рассказа выбраны крайне непопулярные: Маньчжурия и 1911 год. Не читала ничего про историю этого русско-китайского сотрудничества, потому было вдвойне увлекательно. Ну и начало ХХ века вызывает дикий интерес, потому рассказ зашёл на одном дыхании.

Главгерой отправляется куда-то под Харбин с благими намерениями: спасать китайскую деревенщину от внезапно разгоревшейся эпидемии чумы. Снова клятые монголы сожрали инфицированных сусликов, что ж им на попе ровно не сидится, окаянным. Помогают ему пара санитаров, переводчик и мутный китаец-разнорабочий, плюс известный профессор, пытающийся разработать вакцину. Какие-то очаровательные вайбы Сорокина и игры "Мор" одновременно пошли, аж умилило.

Развитие сюжета не заставит себя долго ждать: вот главгерой уже находит в одном подвале расчленённый труп, погибший явно не от болезни, а в другом - малолетнюю девчонку, которая рисует чёрных змеюк. Естественно, заразившись, герой сделает всё, чтобы найти исцеляющую вакцину, о которой перешёптываются китайцы, но вместо неё найдёт гораздо больше проблем себе на пятую точку.

Насколько у рассказа была интересная завязка, настолько же вышел смазанный финал.

У автора явно какие-то проблемы с придумыванием страшных бабаек, это и по предыдущему его рассказу было заметно. Не совсем понятна логика происходящего, и некоторые сюжетные вихляния вызывают резонные вопросы из разряда "чтобы что?". Тем не менее, впечатление у меня осталось положительное. Тут сошлись многие мои любимые темы, да и написано всё очень даже недурственно. Автор сумел приятно удивить и слегка отмылся от прошлого позора.