Грешные

Я схватила со стула шарф и бросила в него.
Он схватил его, прижал к груди и взлетел в воздух.
— Ты дала Динь шарф. Динь свободен! — повизгивая, словно маленькая опьяневшая фея, он вылетел в коридор. — Динь свобо—о—оде—е—ен!
Рен посмотрел на меня.
— Что за чертовщина?
Я вздохнула.
— Он сумасшедший Поттероман. Извини.
Динь вернулся в комнату, прижимая шарф к голой груди.
— Не стоит извиняться, когда дело доходит до Гарри Поттера.

Когда ты делишься с человеком чем-то настолько сокровенным, вы сближаетесь и становится намного тяжелее, когда ты... теряешь его. Я потеряла счет, сколько раз твердила себе ни к кому не привязываться, но ослушалась себя, когда дело дошло до Вал. Или до старого ворчуна Джерома, или Дэвида.
И сейчас я привязываюсь к Рену.

Ты и обычно-то буйный, как фея на кокаине…

– В первую очередь ты должна была предупредить меня, – проворчал Динь. – Ходит тут по дому, сверкает пиписькой, а я любуйся…

Рен, казалось, обдумывает мое требование.
— Раз уж ты так любезно меня об этом просишь, я так и быть не буду больше, а вот ты можешь звать меня как твоей душеньке угодно.
— Ты что, флиртуешь со мной? — шокированная, я покачала головой.— Серьезно?
— Мамочка считает, что я сама серьезность.

— Где ты этому научилась?
Я пожала плечами и прикусила нижнюю губу.
— Да так. В какой—то серии "Сверхъестественного" увидела.
Динь уставился на меня.
— Что? — хихикнула я, указывая на две кучки сахара на стойке. — Честно говоря, я до конца не верила, что это сработает.
— Меня провела фанатка братьев Винчестеров, — он сложил руки на груди и покачнулся, прежде чем шлепнуться на бок. — Моя репутация разбита вдребезги. Остается только покончить с собой.

Моя работа всегда была опасной, но я хорошо знала Фейри и мой собственный предел сил. Я никогда не участвовала в секретных операциях, и уж точно не подозревала кого-то из членов Ордена в тайном сговоре с Фейри. В моей жизни не было Рена. За какой-то короткий промежуток времени все кардинально изменилось.
Мир, который я знала, стал другим.

– Кого я вижу! Сука бешеная.
Я приподняла бровь.
– Ну, надо же. Придумай что-нибудь новенькое. –

Стояла такая липкая, влажная жара, что я всерьез начала верить: Новый Орлеан – один из семи кругов ада, а столики на улице у кафе «Палас» – его врата. Ну, или зал ожидания.

Лори и Дэвид искренне любили друг друга, несмотря на то что Дэвид характером походил на бешеную чупакабру, а Лори была слаще пралине.