Вроде как культовая космоопера, которую собираюсь прочитать уже лет семь как, с момента издания адекватного перевода. С Рейнольдсом знаком только по его малой прозе, весьма качественной. Ожидания от прочтения были самые высокие. К прочтению же меня подтолкнуло моё литературное бинго. В каждом своём цикле чтения, состоящего из пары десятков книг, я стараюсь читать выдающиеся по каким-либо параметрам книги. И роман Рейнольдса попал в две обычно пересекающиеся категории: "много голосов" и "много рецензий" на фантлабе. Одним романом сразу минимум две ячейки закрою.

Начало неспешное, но читается легко. Три линии: наследственный глава экспедиции на планете Ресургем в системе Дельта Павлина проводит раскопки погибшей цивилизации птицелюдей; один из членов немногочесленного экипажа гигантского корабля решает возникающие на борту судна проблемы; женщина-убийца из Города Бездны участвует в смертельной игре-охоте. Везде разруха. Экспедиция довольствуется остатками техники, постепенно выходящей из строя; гигантский корабль разрушен чуть менее, чем полностью: Город Бездны тоже знавал лучшие времена. Постепенно, крайне неспешно, судьбы героев начинают стягиваться в один узел.

В мире романа человечество разделилось на касты. Появились ультра, они же химерики — субкультура людей, проапгрейдивших своё тело и проводящих всю свою жизнь на космических кораблях-субсветовиках. Человеческая цивилизация живёт в окружении практически непознаваемых инопланетных рас: жонглёры образами — водоросли-компьютеры, занимающие целые океанические планеты; затворники — хранители древних технологий, живущие за непроницаемой завесой Пространства Откровения из изменённого пространства-времени; артефакты неизвестных цивилизаций.

Глубже всех прописан Сильвест, археолог и политик с Ресургема. Конфликт с отцом, взлёты и падения в политике, увлечение раскопками амарантийцев. Ассасинша Хоури выглядит щепкой в бурном море — кто-то постоянно решает её судьбу. Интересы звездолётчицы Вольевы, заговорщицы и социопатки, дольше всего остаются скрытыми. И все постоянно говорят о некоем Похитителе Солнц.

Очень странная, временами диссонирующая Вселенная. На дворе (всего лишь) 26-й век.

"— Как давно мы побывали на борту "Ностальгии по бесконечности"? — Около ста тридцати лет назад. И куда меньше времени прошло для них — два-три десятилетия."

Человечество не умеет путешествовать быстрее скорости света. Однако заселено много звёздных систем. Основное действие происходит, правда, не так далеко от Земли, в системе Дельта Павлина — всего двадцать световых от Солнца. Ограничение на скорость перемещения накладывает отпечаток на всё — перелёты тянутся годами и десятилетиями, колонии без регулярного посещения кораблями влачат вполне фронтирное существование — кто-то потихоньку развивается, а кто-то приходит в упадок. Я к тому, что за пятьсот лет с такими скоростями сообщения мир бы очень несильно отличался от нашего. Разумные записи личностей, люди-киборги, килотонные бомбы из антиматерии величиной со спичечную головку, саморемонтирующиеся корабли и здания выглядят органично, а вот, допустим, мощь боевого скафандра кажется пришедшей из далёкого будущего. Также неуместно смотрится обыденное существование оружия, способного уничтожать планеты. Мир, очевидно, был бы совсем другим. Ещё парадокс: ультра — наиболее развитая подраса людей, хотя как раз они большую часть времени проводят в криосне во время перелётов. У планет больше шансов и ресурсов на развитие технологий за тот же промежуток объективного времени. Но нет. Я понимаю, дебютный роман, но мне давно так не резала глаз внутренняя нелогичность мира. Остальные авторы космооперы как-то тщательнее подходят к мироустройству и адекватности технологий друг другу.

Теперь бегло по тезисам, кочующим из отзыва в отзыв.

Масштабность. Вещь не только не масштабная, а скорее наоборот, камерная. Если первая треть книги балует нас планетными локациями, то две трети книги происходят на борту одного, хоть и гигантского, корабля. Главных героев трое, и, опять-таки, половину этого времени они проводят вместе, поэтому особой полифонии не получается.

Многословность. Есть такое, совсем немного. Событий происходит много, ощущения, что автор льёт воду, не возникает.

Космоопера? Скорее твёрдая космическая НФ.

Киберпанк? Половина персонажей виртуальна, представляет слепки личностей и существует только на картах памяти, в имплантах, мозгах других людей или в инфосистемах корабля; многие напряжённые моменты происходят там же, а не в физической реальности. С учётом этого, можно утверждать, что "Пространство Откровения" имеет некоторое отношение к посткиберпанку.

Дебютность. Не знаю, как многие читатели не смогли разглядеть лоскутность данной книги. Полтома кажется, что перед нами рассказы, наскоро переработанные и кое-как сшитые в одно полотно. Соглашусь с мнением, что Рейнольдс, скорее всего, писал по наитию. Возможно, знал, к чему всё придёт, но вот какими путями — представлял слабо.

"Хвосты" и завершённость линий. У него почти получилось. Внимательный читатель всё равно найдёт пару-тройку оборванных нитей, но это не критично. Финал полуоткрытый.

Финал. Вот тут Рейнольдс смог меня приятно удивить. Ярко и максимально научно. Последние главы читал с удовольствием и большим интересом. Столкновение с Непознаваемым в духе лучших традиций мировой фантастики. Похожее ощущение чуждости создавали Кларк, ранний Головачёв или Бэнкс в "Эксцессии".

По хардкорности и научности чуть не дотягивает до ЛС Уоттса, по приключениям — до "Экспансии" Кори, по фантастичности и необычности мира — до "Культуры" Бэнкса. Ближе всего "Пространство Откровения" к "Дисфункции реальности" Гамильтона. Это просто близнецы какие-то! Написаны почти в одно время; повествуют о будущем, отстоящим от нашего времени на 500-600 лет; разделение по фракциям; пристрастие авторов к гигантским объёмам текста! Даже прочитал Гамильтона я ровно год назад, день в день.

Достойный роман, начало главного Мира автора. Впечатления, возможно, немного смазаны из-за эффекта завышенных ожиданий. Продолжение читать буду, но не в ближайшее время. 8(ОЧЕНЬ ХОРОШО) https://s.livelib.ru/img/stars2/r80-x-green.png"> "Ностальгия по бесконечности" несется через космос на скорости, близкой к световой.

Мы — психи. Это у нас в крови. Мы состоим из противоречий. Нам бесконечно приятно обретаться в своем уютном, теплом, беззаботном уголке, и в то же время мы стремимся за грани познания, в самые темные глубины, в самые вышние сферы. Нам подавай вкусный ужин и мягкую постель, но еще, будьте так любезны, тайны, желательно глобального масштаба. Как безрассудно. Разве не было бы разумнее и, самое главное, безопаснее провести все отпущенное нам время на родном "тихом островке невежества", который не советовал покидать джентльмен из Провиденса? Мы согласно кивали и продолжали заглядывать в Бездну, куда сходил он сам... Мы совершали множество открытий, модернизировали двигатель прогресса, стремительно развивались и росли, питаемые желанием познания. Наши руки тянулись к Вселенной, наши глаза отражали бесстрастный свет ее бесчисленных глаз, наши языки просили ее быть откровенной. Мы не задумывались, действительно ли нам так нужен ответ.

Дэн Силвест точно не задумывался. Ученый-археолог, он был полностью поглощен своей деятельностью. Стремление узнать больше привело его экспедицию на безжизненный мир, поэтично окрещенный колонистами как Ресургем, где почти миллион лет назад неведомое Событие уничтожило местную цивилизацию амарантийцев. Потомки птиц, от них остались лишь пыль прошлого и обрывки красивых легенд, но Силвест уверен, что нечто погубившее их, может оказаться угрозой и для человечества. Ничто не остановит его на пути к разгадке, уж точно не какие-то политические и военные конфликты между колонистами, приведшие Дэна в тюрьму. Ничто не остановит и команду звездолета "Ностальгия по бесконечности". Им позарез нужно разыскать Силвеста для лечения, а вернее, реставрации вышедшего из строя капитана. Эта компания социопатов имеет на борту оружие, способное аннигилировать планеты, и очень, очень мало сочувствия к вставшим у нее на пути.

Космос Рейнольдса страдает отсутствием гостеприимства, но чертовски манит своими загадками. Нейтронные не-звезды, артефакты древних цивилизаций, жонглирующая нейронами "морская капуста", интриги искусственного разума, плавящая чума и Похититель Солнц... Тебе мало, человече? Нам совсем не случайно вспомнился род-айлендский затворник, холодная и мрачная бесконечность этой Галактики — словно отброшенная им тень. Что только подтверждается при виде вызывающих оторопь набросков безумца, изображающих смутные черты существ, таящихся в реструктурированном пространстве-времени за Завесой Ласкаля. Вряд ли кто-то из героев книги покажется исключительно привлекательным — поглощенные каждый своей целью, в них остается мало человеческого, а некоторым так и вовсе свойственен недостаток органики. Следить за перипетиями их путей увлекательно, тем более что переплетение событий постепенно раскрывается, как цветок, достигая грандиозного размаха и обещанных откровений. Правда, может быть, все-таки лучше дважды подумать прежде, чем стремиться узнать их суть? Да-да, я знаю, ты согласно киваешь, мой дорогой псих. А в следующий момент ты берешь в руки космических масштабов пространство, реструктурированное в книгу.

SF+SO+киберпанк в одном флаконе. Начало захватывает, и первая половина романа выше всяких похвал - тут и археологические раскопки на далекой планете, и тайный город исчезнувших инопланетян, и корабль-субсветовик, болтающийся между мирами, и человеческий - на этот раз - мир, пораженный непонятной напастью, в котором, ко всему ведется специфическая игра в убийство... В общем, всего много и вкусно. Однако - увы! - автор упорно пытается в SF, и сюжет начинает распадаться на куски, потому как огромная пустота космоса и длительность космических перелетов мешают персонажам взаимодействовать. Отсюда и киберпанковские моменты - продлить им жизнь и хоть как-то привести к одному знаменателю. Поэтому во второй половине повествование вырождается, и от всего многообразия остается горстка персонажей да дергающий их за ниточки Похититель солнц. В целом, роман понравился, но... я, вообще-то, давний почитатель SF, могу пережить даже описание двигателей звездолета. Человек, к этому непривычный, роман может и не осилить.