Горечь меда на губах
Они встретились на кладбище. Конец августа, жаркий день, яркое солнце, горячий ветер. Хамсин. Они говорили так, как будто были знакомы давно. Рыжие колечки волос, светлые глаза и низкий голос. Они мирно, бок о бок сидели на лавочке и мир вокруг был таким живым...
Хотелось рассказать этой женщине, с темными усталыми веками, о простой истине смерти и одиночества, как она исходит из земли и втекает, поднимается по ногам от ступней выше, выше… Или о древнем обычаи обмерять могилы любимых шерстяной нитью и вить из нее фитиль свечи, которая должна гореть всю ночь... Но звук разбитых флейт, сделал слова беззвучными.
И запечённые яблоки. С изюмом, корицей и орехами. С тонкой срезанной кожурой по кругу, чтобы не лопнули и без меда. Всегда без меда. Но он называл их "яблоками в меду".
А браслеты на ее руках сталкивались с глухим медным звуком при движении. Жёлтый янтарь, красный сердолик, бирюза, голубые аквамарины, розовые кораллы...каждый год по браслету. И можно только представить какой был бы на седьмую, восьмую, девятую годовщину. Вечером она снимет их с рук, до следующего года. И еле слышный медный звук, глухой металлический стон: дин-дин-дон… Дин-дин-дон… Звон пустоты колокола.
Дом твой пуст. Душа твоя пуста. И молитва твоя возвращается без ответа...
59 понравилось
