Кошмары Аиста Марабу

Я хотел умереть. Я думал, что умру. Я чувствовал, что пришло время. Какое-то время мне казалось, что вот-вот.

Полагаю, мое отвращение к наркотикам любого толка развилось из наблюдений за мамой с папой, за тем, как они вели себя, когда они нажирались. Однако теперь это не имело никакого значения.

Дробовик – вот единственно правильное решение, дробовик, знаешь-понимаешь!

— Вот это я понимаю, так бы и поступили в нормальном мире.
— Э… да, Джон, — нервно отвечал Джефф, — но мы-то живем в ненормальном мире…

Все, чего я требую, – это немного уважения. Это мое право, мать вашу.

... я ведь не психопат; я просто глуп и труслив.

Если ты терпишь боль, ты можешь задать жару любому противнику. Если ты терпишь боль и не ссышься от страха, да еще и к тому же зол.

У нее для каждого была улыбка, да такая, что невозможно было не улыбнуться в ответ: не тупая безликая улыбочка вежливости, а настоящая, привлекающая улыбка, вызывающая реакцию.
Так улыбаются люди, уверенные в том, что в каждом можно найти добро, и они обязательно его находят

Наркотики можно употреблять ради подтверждения радости жизни, либо чтобы убежать от ее ужасов.

Мои родные, среди которых я вырос, это не семья, а генетическая катастрофа.

Боль – она ходит по кругу. И только исключительно сильный человек может сказать: нет, хватит. Слабые люди держат все в себе и, не причиняя никому зла, терпят, пока боль не разорвет их на части.

Однажды я уже чуть было не отправился в ад для толстых (Фэтхел, Мидлотиан, население 8619), с толстой женой, толстыми детьми и толстой собакой, туда, где худые только кошельки.

Нашей вины здесь не было, однако косвенные улики могли натравить на нас беспринципную шайку злобных чиновников коррумпированного режима, каким в большей или меньшей степени является всякий режим.

В природе животное бы не выжило; я был обеими руками за природу.

 Твои стихи дерьмом не назовешь – это правда. Их можно было бы назвать дерьмовыми, если б они были в два раза лучше.

Выживать из района всякую шваль - это не решение, горсовет все равно засунет их обратно. Все, что нам нужно, - это пятеро молодцов с дробовиками, как у меня. Нужно просто пройтись по району и разнести их всех в клочья, знаешь-понимаешь, на корм собакам. Вот это я понимаю, так бы и поступили в нормальном мире.

На войне не нужно быть добрым,нужно быть правым!

Синие бумажные запалы фейерверков торчали из прорезей намордника. Я зажёг пару и, следуя инструкции, отошёл подальше. Уинстон II, к сожалению, инструкцию проигнорировал.

Он пользовался понятием "террорист" по своему усмотрению. Казалось, террористы были повсюду: по телику, в альбоме Гордона, в его разговорах с друзьями в braais. Когда я спросил, кто такие террористы, на лице его отразились напряженность и раздражение, он сказал:

• Террорист - это то же, что кусок говна: завистливый извращенец, злобный убийца, засранец без чести и совести!