Мечи с Севера

В 90х издательство «Терра» выпустило целую серию, посвященную скандинавам: в едином оформлении, с рисованными обложками и ч/б иллюстрациями. Нежно люблю эпоху викингов и оттого бываю беспощадна в отзывах, ведь моя планка ожиданий находится на уровне: автор обязан разбираться в теме лучше рядового читателя.

Главным героем романа «Мечи с севера» стал знаменитый Харальд Суровый – норвежец с богатой биографией, мечта любого романиста. Казалось бы, даже от посвященных ему статей в Википедии летят искры, что может пойти не так?

От романа у меня осталось ощущение, что я смотрю какой-то мультик, с логикой, героями и незамысловатыми ситуациями уровня «Том и Джерри». Первым разочарованием стала Византия: никаких хитрых интриг, величия второго Рима или опасного антагониста – лишь цветастые декорации, как в детском спектакле. Византийцы в романе — низкорослые кривляющиеся дурачки в дорогих одеждах на контрасте с красивым и отчего-то нереалистично простодушным великаном Харальдом, который с первых же секунд вызывает в каждом персонаже жгучее желание его любить, холить и лелеять или, наоборот, убить. Но исключительно из-за несовершенства самого завистника.

Несколько примеров сюжетных поворотов. По книге Харальд прибывает с 30 (!) воинами, и на него тут же, роняя тапки, по очереди сбегается посмотреть вся императорская семья. Всю книгу с разными персонажами на разные лады повторяется один и тот же диалог в виде:
— Преклони колено!
— Не преклоню колено.
— Ну и ладно. Тогда вот тебе повышение, богатые дары и мое восхищение.
— Ок.
По сюжету Харальд только приехал и не успел даже показать себя, а его тут же сделали главой гвардии, и престарелая императрица Зоя уже во вторую их встречу предлагает жениться на ней и править Византией, потому что: «Ты викинг -> настоящий мужчина -> будешь хорошим правителем». А точно так делается большая политика? Ладно, если б просто в любовники и интриги втягивала, но ведь нет, она с порога хочет подарить незнакомцу себя и страну в придачу.

У главного героя нет цели. Просто его послали приключаться и повоевать, а еще у него на ровном месте случился конфликт со стратигом Маниаком. Сюжетно это противостояние никуда не выливается, герой легко забывает о желании отомстить ему, затем обижается на императрицу и идет войной на Константинополь. Как обычно, без плана, потому что простодушен как дитя. Зная, что он в опале и провинился, Харальд просто приехал в столицу, дал взять себя под стражу и осудить на смерть. Далее чудесное спасение: византийцы тупо забыли поставить охрану, и варяги сбежали, хотя и не без помощи друга. А еще императорский дворец и императорские покои никто никогда не охраняет, живут, как в трамвае. Потому что иначе автору было бы сложно закончить сюжет. И герой снова (!) забыл, зачем вообще приезжал в столицу и так рисковал. Сюжет в никуда, просто беготня.
Противостояние протагониста и антагонистов: соревнование кто глупее.

Перевод, стилистика и исторические ляпы вызывают недоумение. Современные фразочки типа «плюс-минус», «вопрос снят», «послал всё до копейки императору», «получит 40 ударов ремнём», «молодой человек, мы не готовы сдать город», «минут через 10», «визит инкогнито».

Некоторые диалоги и шутки хорошо стилизованы. А некоторые отдают постмодернизмом. Например, разговор Харальда и с императором: «Знаешь, Михаил, я ощущаю себя как раньше – парнем по имени Харальд». Герой настолько наивен и глуп, что не понимает, что так с императорами не разговаривают, а потом удивляется последствиям.

Исторических ляпов предостаточно: палаты освещаются факелами, византийцы называют себя византийцами, норвежцы на службе у ромеев отчего-то кличут сами себя викингами, остальных – англичанами, итальянцами и французами, а еще в Прибалтике уже есть Курляндия.

Приключения и подвиги прописаны невнятно. Это как ожидать коня, а получить хоббихорсинг.
Попытки показать Харальда крутым воякой разбиваются о непонимание автором того, что представляет из себя средневековая война. Например, отряд скандинавов и византийская армия встали у вражеской крепости. Крутые парни-варяги пешком пошли к стенам, и их тупо расстреляли из луков. Чему они очень удивились(!) и расстроились! Серьезно? Ни стратегии, ни щитов, ни осадных приспособлений – а ведь это всё уже было известно в их время и в богатой Византии использовалось только так.

А еще у них на всю армию не было ни одной лопаты! Будто они на пикник вышли, а не на войну. Ребята решили рыть копьями и мечами(!), справились за полночи: подземный ход снаружи, под стену и состыковались прямо в колодец. Да бульдозер, копающий московское метро, не справится быстрее! А еще защитники крепости, обозревающие с высоких башен пустынные окрестности на много миль вокруг, конечно, не заметили этих работ. Как вам такая ловкость? Некоторые крепости враги берут подкопом, но это дело весьма хитрое и хлопотное, и мы читаем исторический роман затем, чтобы увидеть, узнать, мысленно поучаствовать.

Также много обычных логических ляпов, когда автор просто забывает детали, кто где стоял в пространстве и как был вооружен, не знает, что ветки сосны расположены высоко, что на дерево нельзя залезть за полсекунды.

Вместо Харальда Сурового мы получили Харальда Лунтика. Роста героя и арки персонажа нет, есть лишь периоды оптимизма, сменяющиеся хандрой и выходом из нее.

Лирическая линия с императорской племянницей полна нелогичностей, однако она смогла удивить меня и вызвать эмоции на последних страницах романа. Автору удалось сделать развязку этой линии, учитывая характер героя и заданные ранее убеждения. Харальд сказал напоследок:
«Я надеюсь с Божьей помощью добыть себе честь. Может, я даже подрасту еще немного. Но если до конца моих дней мне будут все время напоминать, что я обязан жизнью молодой женщине, которая перекинула мне веревочную лестницу, мне и на дюйм не подрасти. Я так и останусь пленником, и никакая лестница меня не спасет».

Что еще хорошего? Высказывания Харальда прекрасны и напоминают речь героев из саг, а еще автору удалось добавить характерного для той эпохи юмора. Предложения в диалогах отдают театральщиной и многословны даже в динамических сценах, однако это как раз соответствует жанру и выглядит уместным.
Мне понравилось, что в романе много внимания уделено отношениям героя с его дружинниками, они не просто статисты, а его названые братья.

Такой роман мог бы понравиться неискушенному подростку средины XX века, поверхностно знакомому с историей. Современные же дети предпочитают что-то поярче, с более легким стилем, а для взрослых здесь не хватает глубины, идеи, смыслов и проработанного конфликта. Любителям истории советую при чтении запастись пустырником.